Часть III

С выходом в свет второго издания "Заболеваний печени" у меня появилась возможность расширить его за счет новых клинических случаев.

Особенно я хотел бы обратить внимание на сферу действия Chelone glabra, о котором ничего не было сказано в первом издании, поскольку на момент его выхода у меня не было ясных знаний об этом лекарстве. Также я воспользуюсь возможностью, чтобы указать на упущение д-ра Даджена по очень важному вопросу о клиническом применении Carduus mariae.

Некоторое время назад д-р Даджен перевел и опубликовал в одном из наших журналов несколько очень важных легочных случаев, излеченных с помощью Carduus. По прочтении перевода складывается впечатление, что Carduus действовал там как легочное лекарство. Однако замечательный автор этих случаев рассматривал их как печеночные по своей природе. Были рассмотрены легочные проявления, возникшие именно как вторичные по отношению к первичному поражению печени.

Это крайне важно, поскольку при знакомстве с переводом д-ра Даджена возникает впечатление, что Carduus — легочное лекарство. А это в корне неверно. Легочные проявления, которые излечивает Carduus, начинаются с первичного поражения печени. Все клиницисты, пишущие о Carduus, чьи работы я изучал, придерживались именно этого мнения. И Радемахер, величайший из них, совершенно недвусмысленно говорит о том же. (Прим. авт. Я прекрасно знаю, что д-р Даджен не разделяет моих органопатических взглядов. Но как переводчик, он обязан честно следовать оригиналу.)

А сейчас я расскажу об одном очень интересном печеночном случае, который поставил в тупик лучших врачей Лондона и который ясно показывает терапевтические возможности Bellis perennis и все того же Carduus mariæ.

Гепатомегалия как последствие гепатита и перитонита

20 февраля 1893 года супруга приходского священника привела ко мне молодую девушку 24-х лет по поводу значительного опухания живота и такого тяжелого варикозного расширения вен нижних конечностей, что пациентка почти год была прикована к постели. В анамнезе повторные тромбофлебиты вен нижних конечностей. Опухание правой половины живота возникло после тяжелого гепатита и перитонита. Все мысли об излечении были давно оставлены. Перкуссия и пальпация выявили увеличение левой доли печени и болезненную опухоль между печенью и пупком размером с небольшой кулак. Паховые лимфоузлы увеличены и уплотнены. Нижние конечности отечны и бесформенны, явно остаточные явления тромбоза вен. Поскольку вся серия болезненных феноменов — тромбофлебит, гепатит, перитонит — началась после перенесенной простуды (сырой холод) шесть лет назад, я назначил испытанное средство Bellis perennis, по 10 капель в столовой ложке воды дважды в день.

20 марта. — значительное улучшение. Опухоль фактически прошла, а нижние конечности приобрели оформленный вид!!

Однако левая доля печени оставалась увеличенной, поэтому я назначил Carduus mariæ по 7 капель на воде дважды в день.

28 апреля. — пациентка может ходить, как все люди. Единственное, что осталось — небольшое увеличение печени в поперечном направлении, которое исчезло после короткого курса Chelone glabra.

Осенью 1893 года возник легкий рецидив, купированный с помощью Bellis perennis.

Супруга священника появилась у меня 15 октября 1894 года по другому поводу и вскользь упомянула, что излечение Джесси оказалось полным и стойким.

Обычный подсолнух — старое садовое растение, и помимо этого — мое испытанное лекарство, которое периодически помогало мне при спленомегалиях. В следующем случае я применял его больше как печеночное лекарство.

Helianthus annuus как печеночное лекарство

Хотя я считаю подсолнух специфическим селезеночным лекарством, тем не менее, он обладает несомненным действием в направлении от селезенки к печени и, вероятно, действует также и на печень. Недавно я вылечил упорный случай пульсирующей опухоли эпигастрия с вовлечением левой доли печени и селезенки, а также тканей, лежащих между этими двумя органами.

Отчетливо опухоль в эпигастрии не пальпировалась, но вся область эпигастрия была очень чувствительна к пальпации. Пациент не мог согнуться вперед без головокружения и сильного дискомфорта в эпигастрии. Случай был особо интересен длительностью существования и наличием пульсирующей массы в эпигастрии.

Пациент принимал по 5 капель матричной тинктуры Helianthus утром и вечером в течение нескольких недель. После этого осталось лишь легкое увеличение левой доли печени, по поводу чего был назначен Chelone glabra. Селезенка была приведена к норме, как и эпигастрий, пульсация которого исчезла вместе с болезненностью и вздутием. С учетом трудности лечения пульсирующих уплотнений в эпигастрии этот небольшой случай, думаю, заслуживает описания.

Мне неизвестны вещи более сложные и таящие столько подводных камней в диагностическом плане, чем "пульсирующие опухоли" брюшной полости. Разумеется, диагностика любой абдоминальной опухоли требует много времени.

Теперь я хочу пригласить моего читателя еще ближе познакомиться со сравнительно новым печеночным лекарством — Chelone glabra.

Chelone glabra — важное печеночное лекарство

Думаю, мне удалось найти важное дифференциальное показание к научному применению этого средства.

Года два тому назад старпом Королевского ВМФ обратился ко мне по поводу огромного варикозного узла в области пупартовой связки. Варикоз был размером с небольшой апельсин и вызывал сильное беспокойство из-за истончения стенки растянутой вены. Ввиду локализации его в паховой складке было практически невозможно применять бандаж. Пациент отличался прекрасным здоровьем, и хотя я исследовал его вдоль и поперек и буквально измучил многочисленными вопросами, найти ничего не удалось, за исключением разве что легкого увеличения левой доли печени. Поначалу я назначил Chelidonium majus с некоторым эффектом. Под действием Carduus marianus варикоз значительно уменьшился в размерах. Но под влиянием Chelone glabra варикоз исчез, и пациент поспешил на военную службу. На основании этого и похожих случаев я решил для себя, что точка приложения Chelone glabra — левая доля печени, а направление действия — в сторону пупка, мочевого пузыря и матки. Что это действительно так, компетентным убедиться не составит большого труда. Но влияет ли Chelone на саму печень как истинно печеночное средство, я сказать не берусь. Возможно, он уменьшает левую долю за счет влияния на вены воротной системы.

Многие "новые" лекарства приходят и уходят. Chelone пришел, чтобы остаться. Сфера его действия неширока, но действие яркое и ясно обозначенное.

Случай варикоцеле справа в результате гепатомегалии, со значительным улучшением на Chelone glabra

Мой давний пациент решил обратиться ко мне весной 1894 года по поводу варикоцеле справа. В поисках препятствия венозному оттоку я обнаружил, что левая доля печени была значительно увеличена, хотя сам пациент пользовался отменным здоровьем. Помимо варикоцеле был умеренный варикоз крупных вен правой нижней конечности. Я назначил Chelone glabra по 5 капель на столовую ложку воды дважды в день.

Одиннадцать месяцев больной не приходил, а затем сообщил, что принимал назначенное лекарство все это время, поскольку оно оказывало на него ощутимый эффект.

При осмотре я обнаружил уменьшение варикоцеле наполовину. Варикозные вены нижней конечности также уменьшились, и он мог без ущерба расстаться с эластичными чулками. Я был приведен к назначению Chelone glabra направлением действия лекарства справа налево и сверху вниз.

Доказательность этого случая весьма высока, поскольку больной много лет находился у меня на лечении по поводу варикоза с весьма скромным эффектом. Будучи офицером ВМФ, он считал излечение варикоза очень важным. Полностью он вылечен не был. Но улучшение, со слов пациента, позволяло его начальству "отправить его в любую экспедицию". Прежде я назначал много разных венозных и конституциональных лекарств, но Chelone в одиночку сделал в десять раз больше всех их вместе взятых.

Carduus marianus и Chelone glabra

Бывают случаи гипертрофии левой доли печени, которые улучшаются на Carduus marianus, а также на Chelone glabra, но радикально не вылечиваются ни одним из них. Эти случай прекрасно демонстрируют границы лечебной сферы органных лекарств, о чем я подробнее писал в "Заболеваниях селезенки". Вопрос этот так важен, что я разберу его детально прямо здесь. В фармакотерапии очень важно иметь для лекарств ясные, четкие и постоянные показания. Также очень важно ясно понимать, где лечебное действие прекращается. Органные лекарства не влияют на заболевания крови. Они не затрагивают диатез, поэтому не могут вылечить, например, хронические заболевания кожи. Обычно кожные заболевания имеют в основе своей диатез.

Мужчина 30-ти лет обратился ко мне по поводу заболевания печени, кожи, бессонницы, депрессии и хронического поноса. Несмотря на 30-летний возраст, он в результате пародонтоза потерял все зубы. Кожная симптоматика была представлена так называемым "стернальным пятном", поражение печени — увеличением ее левой доли. Поэтому я назначил Carduus mariæ по 6 капель трижды в день. Некоторое время спустя он сообщил, что сон хороший, настроение значительно улучшилось. Затем были назначены Arsenicum и Thuja, но без существенного улучшения. 13 июня я прописал Chelone glabra в том же режиме, как и до него Carduus.

13 июля. — "Лекарство (Chelone) действует как по волшебству!"

Пациент оставался в норме в течение года. Затем старые симптомы вернулись — и я подхожу к самой сути моего повествования. Был назначен Carduus как прежде, затем Chelone, однако ни одно не подействовало, как прежде. То, что год назад было волшебством, сейчас не имело никакого эффекта. Дело в том, что в данном случае помимо патологии печени имела место дискразия конституции — страдание всего организма, а не просто одного органа. Поэтому я должен был заняться поиском гомеопатического simillimum. Ведь простого гомеопатического селективного сродства к органу было уже недостаточно. Очевидно, органные лекарства в большинстве случаев восстанавливают тонус и адекватную циркуляцию, но не изменяют организменное качество органа и не излечивают диатезное качество стромы органа.

Короче. Если заболевание органа возникает из-за организма и поддерживается организмом, органное лекарство способно лишь на время очистить орган, так сказать, от сажи организма. Органное лекарство адекватно лишь в случае заболевания самого органа (или в самом органе). Равным образом при заболевании самого органа (или в самом органе) бесполезно пытаться вылечить его высокими потенциями, действующими на весь организм. Локальное органное заболевание требует локально действующего органного лекарства. Равным образом, общее диатезное заболевание организма требует гомеопатического simillimum в потенции, достаточной для его устранения. Степень гомеопатичности обусловливает степень потенции. Чем больше степень гомеопатичности [заболевания лекарству. — прим. перев.], тем выше потенция, и наоборот. Поэтому я применяю матричные тинктуры в органопатических состояниях и патологиях. Но даже при использовании простых органных лекарств самой малой патогенетической силы, но значительного местного сродства, несколько капель матричной тинктуры могут действовать слишком сильно. Так, настойка календулы может назначаться по 5–10 капель с очень мягким эффектом, но если гомеопатичность будет хотя бы немного больше простого местного аффинитета, мы спровоцируем тошноту, рвоту и абдоминальный дистресс.

Calendula как печеночное лекарство

В патогенезе Calendula мы находим "зябкие кисти рук" и "легкую пугливость". Я часто назначал календулу внутрь и убеждался, что она имеет некое целебное действие на скрофулезные язвы, помогая формированию здорового рубца. При печеночной патологии я не применял ее, пока д-р Томас Купер не рассказал мне о ней как о печеночном средстве. Но он не знал, на что опираться, чтобы выбрать именно Calendula среди других печеночных лекарств. И это извечная проблема с органными лекарствами, особенно если genius epidemicus заболевания неизвестен и, как это часто бывает, непознаваем. Обычно я находил заинтересованную часть органа или тела и лекарство, которое на нее действует, и часто этого было совершенно достаточно.

Эти два симптома — "зябкие кисти рук" и "легкая пугливость" — взятые вместе с печеночными жалобами являются показаниями к Calendula.

Мистер N., всемирно известный певец, несколько месяцев лечился у меня печеночными и почечными лекарствами с очень хорошим эффектом, но никак не мог избавиться от "холодных кистей рук" и "ужасной нервозности и страха перед чем угодно. Я не могу сесть в кэб или вагон, — жаловался он. — Выйти на публику совершенно невозможно. Пищеварение ужасное, беспокоит сильная изжога".

Проблема, по-видимому, локализовалась в глубине левой доли печени.

Rp. Calendula off. ∅ по 5 капель на воде утром и вечером. И через месяц я узнал, что "самочувствие гораздо лучше. Отрыжка исчезла, пищеварение улучшилось. Это ужасное ощущение холода рук абсолютно исчезло! С нервами великолепно! Я совершенно другой человек!"

До этого момента я завоевал доверие этого джентльмена, когда значительно улучшил его голос.

Как?

С помощью Thuja occidentalis 30.

А почему была выбрана именно Thuja?

Из-за вакциноза. Число людей, которым я помог с помощью Thuja 30, поистине невероятно. Шесть крупинок один раз в неделю — моя обычная дозировка.

Chelone glabra при печеночной водянке

У одного больного с сильной одышкой из-за печеночной водянки Chelone glabra сослужил мне хорошую службу. Случай был осложнен брадикардией, циррозом печени, болезнью Брайта. К тому же имелась опухоль между печенью и пупком — твердая, болезненная и явно совершенно иной консистенции, чем общий асцитный отек. Исходя из топографического расположения опухоли и на основании вектора действия Chelone, о чем я писал выше, я назначил 5 капель Chelone ∅ в столовой ложке воды каждые четыре часа. И через две недели опухоль между печенью и пупком совершенно исчезла, причем одновременно с сердечной одышкой. Я называю ее сердечной, поскольку причина ее лежала между печенью и сердцем, и я не могу отследить никакого прямого влияния Chelone ни на сердце, ни на почки, хотя исчезновение опухоли между печенью и пупком оказало явное влияние и на сердце, и на почки.

Quassia как печеночное лекарство

Трудно постичь то, что находится за пределами тебя самого и твоего личного опыта. Поэтому я никогда не мог убедиться, что Quassia имеет влияние на печень, достойное внимания. И все-таки.

В самом начале 1895 года ко мне прислали молодого человека из Хампстеда, которого безуспешно прооперировали в университетской клинике и затем выписали как неизлечимого. И это в 20-летнем возрасте!

Молодой человек рассказал мне, что выписался из университетской клиники совсем недавно. И показал мне длинный рубец вдоль правой среднеаксиллярной линии. Разрез обеспечивал доступ к правой почке, желчному пузырю и задней части правой доли печени, которая несомненно была объектом оперативного вмешательства. Сам он утверждал, что операция предпринималась по поводу конкрементов почки, но их найдено не было. Поэтому рану ушили, и как только она зажила, пациента выписали как неизлечимого.

Он жаловался на приступы сильных болей в печени сзади (как раз в месте свежего рубца), которые сопровождались рвотами в любое время суток, в любой день недели, в любую погоду. Приступы случались в среднем раз в неделю. И боль, начавшись, длилась от одного до трех дней. Пациент страдал такими приступами пять лет, вынужден был бросить работу и очень ослаб. Любая попытка еды вызывала рвоту. С наступлением приступа живот очень вздувался, в талии становилось очень тесно. Перкуторно печеночная плотность вверху достигала соска. Сначала я прописал Hydrastis canadensis, потом Urtica urens, а потом и Chelidonium. Разница была только в том, что на последнем лекарстве печеночная плотность по средне-ключичной линии лишь чуть-чуть уменьшилась.

9 апреля я назначил тинктуру Quassia по 5 капель на воде каждые четыре часа.

23 апреля. — выраженное улучшение. Габитус радикально изменился. Унылое тоскливо-жалобное состояние уступило место значительной физической и умственной живости. Был лишь единственный приступ боли. Повтор назначения.

7 мая. — было два приступа боли, но гораздо менее интенсивных и продолжительных.
Продолжать прием Quassia по 5 капель трижды в день.

21 мая. — приступы гораздо легче по тяжести и частоте. Пациент набрал вес. Прежде грязный оттенок кожи лица ушел и дал место чистому здоровому цвету лица.
Повтор назначения.

Больной продолжает лечение, поэтому я не могу сказать, окончательное ли Quassia лекарство для данного случая. Но с учетом уже достигнутого эффекта могу сказать, что он лучше чем у друзей-аллопатов из университетской клиники. Случай этот, насколько я могу судить, не просто печеночный или почечный. Видимо, дело в правом надпочечнике, но этот темный угол не является предметом нашего разбора здесь и сейчас. 

Предыдущая часть   Оглавление