Незаметное на первый взгляд: роль вакцинации в хронических болезнях :: Р. Московиц — Прививки: факты и мнения

Ричард Московиц (р. 1938) получил степень бакалавра в Гарварде, доктора медицины — в Нью-Йоркском университете. Три года изучал философию в Университете Колорадо в Боулдере. С 1967 г. занимается семейной медициной, принял свыше 800 домашних родов. Изучал гомеопатию у Дж. Витулкаса и Р. Шанкарана. Автор многочисленных статей в гомеопатической периодике и книг "Гомеопатические лекарства для беременности и родов" (1992) и "Резонанс: гомеопатическая точка зрения" (2001). Практикует в г. Уотертауне (Массачусетс).

Введение

Тридцать пять лет медицинской практики убедили меня, что все вакцины являются серьезным фактором риска возникновения хронических болезней, что этот риск имманентно присущ самому процессу вакцинации и фактически является главным в их работе. Несмотря на все растущее беспокойство родителей и законодателей и на сообщения в прессе, которые хотя и редко, но все-таки появляются, любая связь между вакцинами и хроническими болезнями автоматически отрицается медиками и официальным здравоохранением. Размышления над этим бросающимся в глаза противоречием является главной темой данной статьи. Написание ее также помогло мне оценить, насколько незаметность связи вакцин с хроническими болезнями увеличивает риск, и насколько тесно эти явления связаны друг с другом. Это подобно реальности и ее отражению в зеркале, что заставляет рассматривать их вместе.

Поскольку я в первую очередь практикующий врач, я начну с одной истории. Это история 12-летнего мальчика, о котором я знаю исключительно из письма его матери. Однако ее слова столь искренни и настолько совпадают с тем, что мне известно из моего опыта, что я не могу подвергать сомнению их достоверность:

Мой сын Адам был здоров до того, как он получил первой прививки MMR в возрасте 15 месяцев. В течение первых двух недель у него возник кашель и простудные симптомы, которые держались на протяжении 6 недель. У него отекли глаза, и он был госпитализирован с диагнозом нефротического синдрома. Почечная биопсия показала "очаговый склерозирующий гломерулонефрит", но при этом сын не реагировал на стероиды. Я спросила, может ли его болезнь быть связана с прививкой, но мне сказали, что такого быть не может, и мы согласились с этим. В течение следующих четырех лет сына то и дело госпитализировали, но потом наступила ремиссия. Он казался нормальным и здоровым и не принимал никаких лекарств в течение 5 лет.

Когда ему исполнилось 10 лет, педиатр рекомендовал сделать бустерный укол, заявив, что заболеваемость корью растет и для моего сына может быть опасным оставаться без защиты. Я изучила "Настольный справочник врача" и другие источники, но не нашла упоминания о болезни почек в связи с этой вакциной. Болезнь почек также не упоминалась в списке неблагоприятных реакций на вакцину, поэтому я согласилась на бустерную прививку сыну. Менее чем через две недели случился рецидив: протеинурия 4+, отеки, увеличение веса. Эти симптомы мы узнали сразу. Сын был госпитализирован с гипертоническим кризом. У него была кровь в моче, жидкость в легких и значительное увеличение веса. Принимая цитоксан, большие дозы преднизона и еще три препарата, он медленно пошел на поправку, но пропустил из-за болезни 7 месяцев, остававшиеся в учебном году.

Минуло уже 2 года после того ужасного случая, но мой сын до сих пор должен принимать каптоприл от высокого давления, протеинурия каждый день 4+. Врач говорит, что у него серьезно повреждены почки, что он всю жизнь будет вынужден принимать лекарства от высокого давления, что с возрастом его состояние будет ухудшаться, и в конечном итоге потребуется трансплантация. Сейчас я убеждена, что своим тяжелым состоянием сын обязан прививке, но доктора до сих пор не принимают меня всерьез и утверждают, что это было совпадением.

Я искала информацию везде, где только возможно, и даже связалась с производителем вакцины. В конечном итоге они направили мне два отчета с сообщениями о нефротическом синдроме, последовавшем за использованием вакцины MMR. Для обычных людей, не профессионалов, очень сложно получить информацию и даже просто задавать вопросы, поскольку мы не владеем медицинской терминологией и чувствуем себя глупо. Пожалуйста, подскажите мне, правильны ли мои предположения. Я не думаю, что следовало разрешать бустерную прививку сыну, и я считаю, что его давление и почки были бы в порядке, если бы не эта вторая прививка.

Я также очень беспокоюсь о других детях, у которых развился нефротический синдром спустя несколько недель после прививки MMR, и чьи доктора никогда не усматривали связи между вакцинацией и возникновением синдрома. Все они сильно рискуют, если будут ревакцинированы. Я понимаю, что это письмо отнимет у Вас много времени, но я буду рада любой помощи, какую Вы можете мне оказать. Спасибо¹.

Подобно многим другим, приходящим ко мне за помощью, эта женщина была искренне уверена, что ее сын был искалечен на всю жизнь вакциной MMR, но она не собиралась подавать в суд на фармацевтическую компанию, которая произвела эту вакцину, на врачей, которые назначили ее, или обращаться в государственную программу компенсаций пострадавшим от прививок, хотя она имела на это право. Сомневалась ли она, что сможет выиграть дело (вывод, который весь мой опыт только подтверждает) или просто была человеком, не склонным к хождению по судам (что больше похоже на правду в данном случае), но отсутствие подобного намерения придает еще больше достоверности ее истории. Она писала мне лишь для того, чтобы найти врача, который выслушает ее и подтвердит ее опыт, чего не хотели делать ни педиатр, сделавший злополучную прививку, ни специалисты, лечившие Адама в больнице, ни остальные врачи, с которыми она говорила на эту тему. И хотя кроме этого я мало что мог предложить ей, этого было более чем достаточно, чтобы заслужить ее благодарность.

Тем, кто не склонен верить таким рассказам, я отвечу, что доверие пациентов обязывает нас быть представителями правды — той, которую наши пациенты познали на собственном опыте. Однако когда замешаны вакцины, на подобные истории обычно не обращают внимания, как если бы они не могли быть правдой или не заслуживали серьезного рассмотрения. Именно такой была реакция всех врачей, принимавших участие в судьбе Адама, несмотря убедительные свидетельства в пользу обратного, и даже после того, как сама фармацевтическая компания представила сообщения, свидетельствующие о таких случаях. Является ли это хитрой стратегией, направленной на избежание судебного дела, или просто инстинктивной защитой привычного образа мыслей, эта оборонительная и враждебная позиция так распространена в медицинской среде, что заслуживает отдельного тщательного изучения.

Ричард Хортон, редактор журнала "Ланцет", испытал на себе жало цензуры после того, как опубликовал статью, касающуюся связи между детским аутизмом и колитами с вакциной MMR:

Сегодня вакцины фактически неприкасаемы, их польза слишком очевидна, чтобы подвергаться сомнению. Любой намек на несогласие с их клинической эффективностью и вообще социальной полезностью вызывает яростные опровержения и возмущение. Бывший президент Британской Академии медицинских наук фактически угрожал уволить меня за публикацию работы, в которой ставились вопросы о вакцине MMR, так что и годы спустя на какой-то вечеринке коллега правительственного специалиста по вакцинам меня спрашивал: "Будете ли вы когда-нибудь прощены?" Прощен за что, хотел бы я знать?²

Сам д-р Хортон не верит в это исследование и не поддерживает его выводы. Единственная его ошибка, если это вообще была ошибка, заключалась в том, что он позволил автору, широко известному британскому гастроэнтерологу, опубликовать полученные им данные, не обращая внимания на их политкорректность. Нет необходимости говорить, что оскорбления и угрозы, которым он подвергся за раскачивание лодки, были куда менее серьезными, нежели репрессии против самого автора, чья работа была официально отвергнута без рассмотрения и чья карьера в лондонской учебной больнице была резко прекращена³.

Наконец, несчастье Адама вынуждает нас задаться вопросом, как гломерулонефрит, аутизм, энцефалопатия или любая другая болезнь может быть определена в качестве истинного осложнения вакцинации — такого, какое позволит пострадавшему получить в суде компенсацию за причиненный вред. Несмотря на два случая нефрита после вакцины MMR, документированные производителем, почечная недостаточность до сих пор не признана неблагоприятной реакцией на вакцину. Упущение, которое, без сомнения, дало возможность врачам Адама оставлять без внимания все обращения его матери.

Такое же явление характерно для Федеральной программы компенсаций пострадавшим от прививок, которая никогда бы не была утверждена в первую очередь без повторных требований родителей пострадавших, и которую продолжают пытаться урезать производители вакцин, Американская академия педиатрии и другие авторитетные и влиятельные пропрививочные группы. Как сказано в официальных инструкциях по получению компенсации, научные исследования поствакцинальных осложнений ограничены несколькими острыми реакциями на определенные вакцины, поскольку они случаются достаточно часто, чтобы дать статистическую значимость в большой популяции. Такой подход автоматически отсекает две гораздо более многочисленные и частично перекрывающие друг друга группы явлений, которые я обнаружил благодаря своему собственному исследованию. Это: 1) ухудшение течения обычных детских хронических болезной, в зависимости от индивидуальной восприимчивости, что часто представляет собой 2) неспецифический эффект самого процесса вакцинации, который оказывает любая вакцина. Ограничение вопроса безопасности вакцин рамками отдельных эффектов отдельных вакцин — главная причина, почему истинный масштаб болезней, вызванных вакцинами, был всегда незаметен и будет, вероятно, оставаться таким до тех пор, пока это явление не начнут рассматривать более широко.

Столь же сложной проблемой, как список утвержденных поствакцинальных осложнений, является ограничение во времени, сводящееся к нескольким дням, в течение которых случаются острые реакции⁴, т.е. достаточно скоро, чтобы прививка была расценена как необходимая и достаточная причина реакции, словно нет никакой связи с предшествующей восприимчивостью. В случае Адама, как и во многих других, смутные, неопределенные симптомы появились вскоре после вакцинации, однако полная картина нефрита не вырисовывалась и не могла быть диагностирована в течение шести недель после первого укола и двух недель после второго. К этому времени это уже было не острое или какое-то застывшее нарушение, а хроническая самоподдерживающаяся болезнь, которая с годами продолжала прогрессировать, так что в его случае иск на компенсацию, без сомнения, был бы отвергнут, даже если бы он был подан.

В статье я собираюсь рассмотреть пять аспектов вакцинации: 1) специфические эффекты отдельных вакцин, как они описаны в литературе; 2) неспецифические эффекты процесса вакцинации, основанные на случаях из моей собственной практики; 3) как на самом деле работают вакцины; 4) некоторые моновакцины; 5) выводы для вакцинации и политики здравоохранения.

1. Специфические эффекты отдельных вакцин

В литературе о прививках не содержится упоминания о каких-либо неблагоприятных реакциях на сам процесс вакцинации, но лишь немногие из официально признанных реакций на определенные вакцины, такие как энцефалопатия, аутизм, анафилаксия и другие; большинство все еще яростно оспариваются специалистами в этой области. Даже те, которые официально признаны как основание для получения компенсации по Федеральной программе компенсаций пострадавшим от прививок, описаны в смутных, общих терминах, применимых не к одной вакцине. Анафилаксия, например, считается основанием для компенсации не только в случае осложнения на вакцину DPT (АКДС. — прим. перев.) и ее компоненты, но и в случае осложнения на MMR, и без сомнения будет таковой для некоторых или даже всех вакцин, которые появятся в будущем.

DPT-энцефалопатия

Эта универсальная диагностическая категория была первой неблагоприятной реакцией, которую идентифицировали и признали основанием для компенсации согласно Акту о компенсациях пострадавшим от прививок (1986 г.), который сам появился во многом благодаря этому диагнозу, и до сих пор эта категория является наиболее часто регистрируемой. Вот история 3-летней девочки, чья мама написала мне в поисках поддержки в судебном процессе, возбужденном ею против детских врачей и правительства Канады:

Наша дочь пострадала от вакцинации в возрасте 18 месяцев, когда она получила одновременно DPT, HiB и оральную полиовакцину. Спустя неделю с ней случился странный истерический припадок, и сейчас у нее диагноз аутического нарушения. Исследование на магнитно-резонансном томографе показало воспаление и демиелинизацию мозга. В 18 месяцев дочь выговаривала 25 слов, развивалась с опережением, и ее социальное развитие также шло в соответствии с возрастом. После истерического припадка она перестала разговаривать, не обращала внимания на соседских детей, избегала контакта глаз. Она начала монотонно хлопать в ладоши и совершать другие повторяющиеся движения. Педиатр признал, что у нее аутизм. Мы сообщили врачу, что она изменилась сразу после прививки и показали видео, на которых она была снята в младенческом и годовалом возрасте, и выглядела абсолютно нормальной. При сравнении фотографий, снятых до и после, нарушение становится очевидным: глаза потеряли блеск, она выглядит печальной и одинокой, но врачи сочли это совпадением, и в медицинских документах о ее случае нет никаких упоминаний о прививках⁵.

Оставляя в стороне чрезвычайность постигшего ее несчастья и отказ врачей признать за собой какую-либо ответственность, я хочу обратить внимание на поставленные ей диагнозы, особенно на энцефалопатию, синоним повреждений мозга, и столь же смутный термин "аутизм", который сейчас чаще употребляют в связи с вакциной MMR. Печальная история девочки и необходимость как-то классифицировать ее состояние демонстрируют, что подобные диагнозы это просто распространенные, общие и часто взаимозаменяемые категории, относящиеся к общему состоянию организма, которые могут быть результатом действия нескольких разных вакцин, а не характерной чертой воздействия какой-то одной определенной вакцины.

Есть другой случай, рассказанный адвокатом, представлявшим интересы пострадавшего. 3-летний мальчик плохо перенес первую прививку DPT и получил необратимое повреждение мозга в результате второй:

Наша фирма представляет интересы ребенка, который родился нормальным и здоровым во всех отношениях. После первой прививки DPT, полученной в возрасте 6 недель, он начал отставать в развитии и получил диагноз "задержка в развитии", однако потом медленно пошел на поправку. В 5 месяцев он получил вторую прививку DPT и его отставание в развитии резко усилилось. С тех пор его состояние уже не улучшалось. Сейчас ему 3 года, но его умственное развитие находится на уровне 1,5 лет. Я убежден, что причиной его заболевания стала вакцина DPT. После тяжелой реакции на первую дозу ему не следовало делать вторую, или по крайней мере надо было исключить коклюшный компонент⁶.

Подобное преступное игнорирование тревожных симптомов, менее тяжелых случаев той же болезни, которые могли бы закончиться выздоровлением, но закончились смертью или необратимым поражением мозга после ревакцинации, является главным предметом разоблачительной книги "DPT: выстрел в темноте", в которой историк медицины Харрис Култер и Барбара Ло Фишер, мать пострадавшего ребенка, приводят истории более 100 маленьких жертв⁷. Протест против DPT побудил миссис Фишер и ее друга основать Национальный центр информации о прививках — группу, занимающуюся поддержкой и защитой семей и друзей тех детей, что пострадали от прививок.

Этот центр и сейчас устраивает конференции, распространяет обучающие материалы, поддерживает местные отделения и обеспечивает их связь по всей стране. Работа центра направлена на привлечение внимания общественности к проблеме прививок; члены организации свидетельствовали перед конгрессом США и лоббировали необходимые законопроекты, участвовали в составлении Акта о компенсациях пострадавшим от прививок от 1986 г., благодаря которому была создана программа гарантированной компенсации пострадавшим от прививок как альтернатива обращению в суд. Книга Култера и Фишер была изъята издателем из продажи вскоре после релиза, при этом влиятельная группа педиатров до сих пор отказывается признать какую-либо связь с вакцинацией даже в тех вопиющих случаях, которые описаны в книге. В 1990 г. д-р Эдвард Мортимер с коллегами опубликовал обзор в "Журнале Американской медицинской ассоциации" (JAMA), в котором заявлялось:

У всех детей, до того нормально развивавшихся и не имевших в истории болезни припадков, приступ, который произошел в течение трех дней после прививки DPT, не означал приступ эпилепсии или другую неврологическую аномалию или задержку в развитии. Полученные нами отрицательные данные подкрепляют выводы тех из предыдущих исследователей, которые утверждали, что серьезные неврологические нарушения крайне редко, если вообще когда-либо, бывают вызваны вакциной DPT⁸.

В редакционной колонке в том же номере д-р Джеймс Черри, еще один известный адвокат прививок, цитирует эти данные как окончательное доказательство того, что DPT-энцефалопатия — миф, совпадение, которое должно быть раз и навсегда изъято из все сокращающегося списка "подлинных" неблагоприятных реакций, являющихся приемлемым основанием для компенсации:

За последние месяцы было проведено три контрольных исследования, изучавших риск припадка или другого острого неврологического заболевания после DPT. В этих исследованиях участвовало 230 тысяч детей, было сделано 713 тысяч прививок. Эти исследования не обнаружили причинной связи между вакциной DPT и хроническими неврологическим заболеваниями. Нет ничего удивительного в том, что врачи пытаются обвинить вакцины в этих явлениях. Но эти недавние исследования демонстрируют, что основная проблема заключается в том, что мы не можем отделить последовавшее событие от последствия. На дворе конец 20-го века, настало время покончить с мифом о DPT энцефалопатии⁹.

Его слова звучат в унисон с официальным отчетом Консультативного комитета по иммунизационной практике (ACIP), который признал протестный иск родителей, но затем связал их по рукам и ногам сетью отговорок, уловок и государственной бюрократии:

Были зафиксированы случаи редких, но серьезных неврологических заболеваний, включая энцефалиты, энцефалопатию и конвульсии после использования цельноклеточной вакцины DPT. Национальное исследование детской энцефалопатии выявило, что вакцина DPT может быть причиной энцефалопатии. Это случается редко, однако детальная проверка показывает, что у детей, у которых развилась серьезная неврологическая болезнь после прививки DPT, риск развития хронических нарушений центральной нервной системы в течение последующих 10 лет был гораздо выше, нежели у детей из контрольной группы. Дополнительным фактором риска было введение вакцины DPT в течение 7 дней от первого приступа.

Консультативный комитет по иммунизационной практике предложил три возможных объяснения данной связи: 1) нарушения могли быть вызваны вакциной DPT; 2) вакцина DPT могла вызвать нарушения у ребенка с мозговыми или метаболическими аномалиями, который мог получить такие нарушения также в случае наличия других факторов риска, таких как высокая температура или инфекция; 3) вакцина DPT могла стать причиной тяжелой реакции у ребенка со скрытыми аномалиями, которые впоследствии развились бы в болезнь даже без участия вакцины. Данные не позволяют отдать предпочтение какому-либо из трех объяснений. Данные не противоречат гипотезе о причинной связи, но недостаточны для того, чтобы определить, повышает ли вакцина DPT риск развития подобных нарушений в течение последующих 10 лет¹⁰.

Но даже врожденная предрасположенность к развитию подобных осложнений ни в коей мере не исключает реакции на саму вакцину, так как любая болезнь требует и внешних болезнетворных влияний, и человека, восприимчивого к ним. Это главная проблема всей медицинской практики, которая сосредотачивается на известных реакциях на конкретные вакцины.

Для меня и большинства родителей очевидно, что если в семье были случаи серьезных тяжелых реакций, особенно у родителей или братьев и сестер, то это сразу ставит ребенка в группу риска и, соответственно, является законным основанием для тщательного обследования ребенка перед вакцинацией. Однако даже письменных свидетельств лицензированных педиатров не всегда бывает достаточно:

Я пишу, чтобы рассказать о нашем сыне, для которого мы пытаемся получить медицинский отвод от прививок DPT, MMR и HiB. У наших двух старших детей были очень тяжелые реакции на эти прививки: температура 41⁰С, бессонница и опухоль в месте укола. До 6 лет оба ребенка страдали от постоянных отитов, которые предлагалось лечить удалением миндалин, в то время как у непривитого младшего ушных инфекций не случалось. В младенчестве мы привили младшего ребенка оральной полиовакциной, что повлекло за собой крайнюю раздражительность и бессонницу, длившиеся неделями. Через 6 месяцев мы снова привили его с тем же результатом. Наш педиатр записал, что ребенок имеет высокий риск тяжелых реакций, однако судья проигнорировал это. Согласно Федеральному закону, письма от лицензированного врача с медицинским обоснованием, почему ребенка не следует вакцинировать, должно быть достаточно. Однако городские инструкции оставляют последнее слово за Департаментом здравоохранения, так что нам пришлось идти в суд"¹¹.

Еще до слушаний мать этого ребенка получила второе письмо с медицинским отводом, уже от другого педиатра, которое городской департамент здравоохранения также отверг:

Семейная история указывает на эпилепсию у отца и распространенную аллергию у матери. Нервная система ребенка отвечает гиперактивными реакциями на пищу, и кроме того ребенок неделями болел после прививки полиовакциной, как во младенчестве, так и недавно, после повторной прививки. Я категорически не рекомендую проводить дальнейшую вакцинацию этого ребенка, поскольку риск перевешивает потенциальную пользу для него или общества¹².

Поскольку моего свидетельства так и не потребовалось, я предполагаю, что родители в конечном итоге выиграли это дело, но испытания, через которые им пришлось пройти, в полной мере демонстрируют тот драконовский дух, в котором часто навязываются законы о вакцинации.

DPT и СВДС

Десятилетиями основная причина смерти детей в возрасте до года, синдром внезапной детской смерти (СВДС), ставила педиатров в тупик. При этом соответствующие исследования СВДС в нашей стране до сих пор игнорируются, поскольку выводы этих исследований неприятны для небольшого круга избранных врачей, исследующих вакцины, редакторов журналов, публикующих их, и производителей, которые их оплачивают. В 1985 г. д-р Виера Шайбнер, ученая, которая изучала СВДС в Австралии, и инженер Лайф Карлсон создали электронный монитор, который позволял отслеживать дыхание младенца, находящегося в соседней комнате¹³. Сконструированный так, чтобы подавать сигнал тревоги, если дыхание останавливается или замедляется, прибор практически сразу выдал удивительные результаты:

Вскоре родители начали слышать сигнал тревоги в то время, когда малыш крепко спал, часто по 5-7 минут каждые 15 минут. Это случалось после того, как ребенок подвергся стрессу, в день или за день до того, как у него появились признаки простуды или начали резаться зубы. В большинстве случаев ребенок на какое-то время начинал дышать неглубоко, вскоре дыхание восстанавливалось. Не имея специального на то намерения, мы также замеряли дыхание детей до и после вакцинации и получили ошеломляющие результаты. Мы не знали, что эти данные горячо обсуждались в то время. Мы наблюдали вспышки поверхностного дыхания или апноэ в течении 45–60 дней после прививки DPT. Когда мы показали наши данные педиатрам, они нарисовали стрелку от пункта, обозначающего укол, со словами "Это причина!" к пункту, обозначающего начало аномального дыхания, со словами "Это результат!" Однако когда мы дали им нашу интерпретацию этих данных, мы поняли, что затронули весьма чувствительную область¹⁴.

В Австралии эти открытия были встречены гробовым молчанием медицинского сообщества, а в американской медицинской литературе не было опубликовано ни одного исследования, которое могло бы подтвердить или опровергнуть эти данные. Та же завеса молчания была наброшена на несколько эпидемиологических исследований, связывающих СВДС и вакцину. В 1979 г. Департамент здравоохранения штата Теннеси сообщил о 4 случаях, произошедших в течение суток после первой прививки DPT¹⁵, в то время, как исследуя 70 подтвержденных случаев, д-р Уильям Торч обнаружил, что 6,5% случаев произошло в течение менее 12 часов после прививки DPT, 13% — в течение суток, 23% — в течение трех дней, 37% — в течение недели, 61% — в пределах 14 дней и 70% — в пределах 21 дня¹⁶. Он заключил:

Вакцина DPT может быть основной нераспознаваемой причиной внезапной детской смерти, и риск может превышать пользу. Это исследование показывает необходимость переоценки и возможно модификации существующей политики¹⁷.

Следующее подтверждение пришло из Японии, где 57 случаев энцефалита и 37 смертей, случившихся в период с 1970 г. по 1974 г., а также два случая СВДС в 1975 г., вызвали бурю протестов, в результате которых правительство решило перенести все прививки вакциной DPT на возраст двух лет¹⁸ и выделило дополнительные средства на создание более безопасной бесклеточной вакцины. Д-р Черри и его коллеги признали позднее, что в результате такой политики "случаи СВДС исчезли после того, как вакцинацию цельноклеточной и бесклеточной вакцинами перенесли на двухлетний возраст"¹⁹. Несмотря на это, те же самые специалисты никогда не рассматривали возможность такой схемы для нашей собственной страны, даже когда бесклеточная вакцина не смогла ощутимо снизить риск повреждений мозга²⁰. На сегодняшний день США являются единственным развитым государством, в котором прививка DPT обязательна для всех детей, несмотря на очевидные недостатки такого подхода и невзирая на практически единодушное мнение об этой вакцине медиков в Восточной Европе, Японии и других странах.

MMR и аутизм

Впервые описанное американским психиатром Лео Каннером в 1943 г. неврологическое состояние, которое он назвал "аутизм", никогда не был толком объяснено. То, что первый описанный им случай произошел практически сразу после появления в 1942 году вакцины DPT, может быть не простым совпадением. Тем не менее, связь аутизма с прививками не была очевидной до конца 90-х годов. В 1995 г. д-р Эндрю Вейкфилд, британский гастроэнтеролог, сравнил 3500 взрослых, вакцинированных в детстве от кори, с 11 400 непривитыми взрослыми того же возраста, и обнаружил, что группа вакцинированных была в три раза более подвержена риску развития болезни Крона в течение жизни и в два раза более подвержена риску развития неспецифического язвенного колита²¹.

Эти странности побудили Вейкфилда изучить истории болезней детей, у которых была тяжелая реакция на прививку MMR. Многие из них развивались нормально в течение первого года жизни, однако после прививки впадали в аутические состояния, страдали от заболеваний пищеварительной системы или от аллергии на еду и окружающую среду, или от того и другого сразу²². Детальное сравнение этих детей с контрольной группой детей того же возраста обнаружило в тонкой кишке детей-аутистов воспалительное поражение, которое под микроскопом имело сходство с повреждениями, вызываемыми болезнью Крона и неспецифическим язвенным колитом. В крови аутистов циркулировали антитела кори, но не было антител краснухи и свинки, которые также являются компонентами вакцины MMR. В лимфоидных образованиях тонкой кишки были обнаружены антигены кори, но не было антигенов краснухи и свинки. У здоровых детей в тонкой кишке не было обнаружено никаких антигенов²³.

Подобные открытия были сделаны и японскими исследователями²⁴. О такой же комбинации аутических симптомов, энтероколитах, аллергии на еду и окружающую среду, последовавшей за прививкой MMR, сообщали родители из США, Великобритании, Канады, Австралии, Восточной Европы и некоторых частей Азии²⁵. Дальнейшим подтверждением теории Вейкфилда о влиянии MMR стало то обстоятельство, что в Великобритании, которая использует те же диагностические критерии аутизма, начался резкий рост случаев этого заболевания с того момента, как там стали применять вакцину MMR²⁶. А врачи, практикующие нетрадиционную медицину, обнаружили, что облегчение аллергии на еду и факторы окружающей среды в равной степени помогает снизить проявления симптомов аутизма²⁷.

Никакие доказательства не убеждают пропрививочные силы, которые, похоже, держат американское здравоохранение мертвой хваткой. Несколько лет назад республиканец Дэн Бёртон председательствовал на посвященных вопросу прививок слушаниях в конгрессе, после того, как его внук серьезно заболел после прививки MMR и получил диагноз аутизма. Хотя по заключению самого Национального института здоровья, в 1996 г. диагноз аутизма был поставлен примерно каждому пятисотому ребенку, что означает рост более чем на 400%, считая с 1960 г.²⁸, д-р Колин Бойл из Центра контроля заболеваний (CDC) вновь подтвердил официальную точку зрения, что "современные научные данные не устанавливают связи между прививками и аутизмом или каким-либо другим поведенческим нарушением"²⁹. Такое же отрицание очевидного, заявленное д-р Полом Оффитом из Совещательного комитета по иммунизационной практике, заставило Бертона возразить, что консультации, которые Офит дает компании "Мерк", производителю вакцин, приводят к конфликту интересов, в связи с чем Офит должен быть исключен из членов Консультативного комитета:

Даже если их самих лишить возможности голосования, люди, которые сидят в консультативных советах и оплачиваются фармацевтическими компаниями, влияют на остальных членов. Не позволяем ли мы фармацевтическим компаниям оказывать слишком большое влияние на решения, от которых зависит здоровье нации?³⁰

Даже после того, как аутизм будет признан истинным осложнением вакцины MMR, он остается таким же неопределенным диагнозом, как "энцефалопатия". Как мы видели, он может быть осложнением и на DPT, и без сомнения будет возникать после прививок от гепатита В, HiB и других.

Вакцина от гепатита В и аутоиммунные болезни

Официальное заключение Совещательного комитета по иммунизационной практике о вакцине от гепатита В объявляет ее одной из самых безопасных среди ныне существующих вакцин:

Вакцина от гепатита В безопасна для назначения взрослым и детям. Более 10 миллионов взрослых и 2 миллиона новорожденных и детей в США и более 12 миллионов детей по всему миру было привито этой вакциной. Боль в месте укола и температура фиксировались в числе наиболее частых реакций, но число таких реакций на вакцину от гепатита В не превышает число подобных реакций в контрольной группе получавших плацебо или DPT. Случаи анафилаксии редки. Широкомасштабные программы иммунизации на Аляске, в Новой Зеландии и Тайване не установили связи с другими неблагоприятными реакциями. Любой предполагаемый риск, который мог бы быть причинно связан с вакциной, уравновешивается ожидаемым риском заболеваний печени вследствие перенесенного гепатита В³¹.

Однако мой опыт показывает, что применение вакцины несет в себе изрядный риск аутоиммунных заболеваний всех типов, в том числе волчанку, воспаление щитовидной железы (тиреоидит) и серьезные дискразии крови, что также подтверждается большим количеством сообщений о таких реакциях и списком осложнений, данным самими производителями вакцины в "Настольном справочнике врача". Как мы видим, главная цель замазывания Консультативным комитетом недостатков вакцины — добиться того, чтобы почти все частные иски и обращения за гарантированной компенсацией оставались неудовлетворенными.

Приведу типичный пример из моей практики: 18-летний студент колледжа, который заболел вскоре после того, как получил в 10 лет вторую прививку от гепатита В.

Он был здоров и развивался нормально до 10 лет, когда он получил две дозы вакцины от гепатита В, которые поначалу не оказали болезнетворного влияния. Спустя неделю после второй дозы у него опух лимфоузел на шее, поднялась температура, началось недомогание, боль в суставах и другие схожие с гриппом симптомы, от которых он так и не смог окончательно оправиться. Он потерял 20% массы тела, у него появились подкожные узлы около крупных суставов и очень высокий уровень СОЭ. Диагностировав аутоиммунное заболевание соединительной ткани, ревматолог в течение 6 лет прописывал ему нестероидные противовоспалительные препараты и преднизон, в результате чего возрастное и половое созревание сильно замедлилось. Когда я встретился с ним, он не принимал лекарств уже полгода, но его лицо и глаза были все еще опухшими, щеки были покрыты ярко-красной сыпью, а его физическое и сексуальное развитие были как у хилого 12-летнего мальчика. За последние два года, благодаря гомеопатическим препаратам, его состояние значительно улучшилось, но он по-прежнему хронически болен, страдает от серьезных расстройств и по всей видимости в таком состоянии останется. Его родители уверены, что вакцина от гепатита В была основной причиной болезни, но в медицинской карте нет никаких письменных подтверждений данного факта³².

Приведу далее два случая реакции на вакцину от гепатита В, записи о которых я тщательно изучил, чтобы написать детальный отчет чиновнику, занимающегося этим делом. Притом что эти реакции довольно сильно различаются в том, какие органы и ткани пострадали, они схожи своими общими признаками и типом.

Девочка-подросток с сахарным диабетом I типа была в добром здравии и стабильном состоянии до того, как получила прививку от гепатита В. В течение нескольких дней после первого укола она почувствовала усталость и недомогание, стала сильно чесаться от сыпи по всему телу, а ее кожа покрылась волдырями и опухолями. Через пару недель у нее началась боль в суставах, а зуд заставлял ее чесаться до крови. Лекарства давали лишь временное облегчение. Высокая СОЭ и титр антиядерных антител свидетельствовали о наличии аутоиммунного заболевания, похожего на волчанку, однако интенсивное лечение не помогло и у нее развилась аллергия на химические и пищевые добавки, которая ранее ее не беспокоила, а диабет, годами остававшийся стабильным, полностью вышел из-под контроля.

Спустя несколько месяцев ее мать прекратила лечение, сказав: "Перед уколом она была активной, полна жизни и не страдала от какой-либо аллергии. Сейчас она вынуждена тщательно отслеживать все, что она ест, избегать солнца и брать с собой инсулин, куда бы ни пошла. У нее аллергия на консерванты и пищевые красители и ни малейшего представления, что еще может вызвать зуд и сыпь". Прошло 4 года, а случай все еще рассматривается в суде³³.

У здоровой до того лаборантки 31 года развилось аутоиммунное воспаление щитовидной железы (тиреоидит) вскоре после второй серии прививок от гепатита В. Когда ей было 24 года, врач сделал ей с промежутком в два месяца две прививки от гепатита В, поскольку она обязана была получить их в связи с учебой. Спустя 3 месяца после второй дозы у нее начался кашель, который длился неделями и был в конце концов побежден антибиотиками. Затем ей сделали третью прививку. Спустя четыре года у нее не обнаруживались антитела к гепатиту В, поэтому она считалась восприимчивой к этой болезни. В связи с этим ее новый работодатель настоял на том, чтобы она получила вторую серию прививок от гепатита В. Через несколько дней после первого укола у нее воспалилось горло и появились симптомы простуды, затем последовали слабость, усталость, хрипота и потеря веса, которые держались месяцами. Она получила вторую дозу и ее состояние сильно ухудшилось: вернулся кашель, на этот раз куда более сильный, приводивший к сердцебиению и тревоге по ночам. Обнаружив, что уровень тиреотропина у нее в два раза выше нормы, врач дал ей лекарство для щитовидной железы, а затем сделал третью прививку от гепатита В. Ее страдания и повышенный уровень тиреотропина длились месяцами без какого-либо улучшения. Даже после того, как у нее были обнаружены тиреотропные антитела и несмотря на сверхвысокие дозы гормонов и нормальные показатели анализов, ее состояние продолжало ухудшаться. С тех пор у нее развились узловой зоб, трудности с глотанием и эзофагеальный рефлюкс. Короче говоря, здоровая до того женщина останется хронически больной до конца жизни, нуждаясь в постоянном медицинском наблюдении и сильных лекарствах. При том, что ее случай является наиболее очевидным из всех, о которых я знаю, иск, поданный ею, был отклонен без рассмотрения на основании существующих федеральных инструкций³⁴.

Эти случаи отчетливо схожи с другими сообщениями об аутоиммунных заболеваниях после вакцины от гепатита В, которые имеются в медицинской литературе, например о криоглобулинемии³⁵, волчанке и ревматоидном артрите³⁶, синдроме Гийена-Барре ³⁷, ретробульбарном неврите и рассеянном склерозе³⁸, синдроме хронической усталости³⁹, васкулите (воспалении стенок кровеносных сосудов)⁴⁰ и диабете⁴¹. Как и в случае с DPT и MMR, многие уже привычные диагнозы, такие как эпилепсия, аутизм и демиелинизирующие заболевания, неожиданно появляются и после вакцинации от гепатита В. Как я сейчас покажу, термин "аутоиммунные заболевания" охватывает весь диапазон неспецифических реакций на процесс вакцинации как таковой. Что касается СВДС, то он может случится после любой прививки, сделанной достаточно рано. Особенно это касается прививки от гепатита В, которую делают вскоре после рождения, о чем отец ребенка из следующей истории узнал слишком поздно, чтобы спасти своего сына:

В течение 12 дней Николас хорошо ел и спал, как и любой другой ребенок. На тринадцатый день ему сделали прививку от гепатита В. Когда я пришел домой с работы, он кричал гораздо громче обычного, временами даже визжал. Но мы только что показывали его врачу, и нам сказали, что ребенок прибавил в весе и здоров. Мы не знали, что вакцина может навредить. Почти всю ночь Николас то и дело начинал кричать. Когда на следующий день я пошел на работу, он все еще кричал, и так продолжалось весь день и вечер. На следующее утро моя жена обнаружила его в кроватке мертвым, и выглядел он так, как будто был мертв уже несколько часов. Вскрытие показало, что Николас умер от СВДС. Педиатр сказал, что он был одним из самых здоровых детей на его памяти⁴².

2. Неспецифическое влияние процесса вакцинации в целом

Подвергнув сомнению то, что четыре хорошо известные реакции являются специфическими, то есть характерными только для определенных вакцин, вокруг чего сейчас и ведутся все споры, я рассмотрю теперь гораздо более распространенные реакции, которые наблюдал на практике. Большей частью эти реакции представляют собой просто усиление уже существующих скрытых процессов, охватывающих весь ряд распространенных заболеваний, которые встречаются в практике любого педиатра: ушные инфекции, экзему, астму, поведенческие нарушения и задержку в развитии. Хотя способы лечения к существу дела не относятся, примечателен тот факт, что дети реагируют должным образом на гомеопатические или традиционные препараты, которые дают в таких случаях, независимо от вакцинации. Исходя из этого странного обстоятельства, я пришел к выводу, что небольшое количество зафиксированных в литературе неблагоприятных реакций является лишь верхушкой айсберга, остальная часть которого скрыта, невидима и нераспознаваема, поскольку эти заболевания смешиваются с другими в клинической медицине, и поскольку прививки играют важную, но отнюдь не исключительную роль в их появлении.

Обнаруженная связь: детские ушные инфекции

Как мы видим, прежде чем симптомы болезни могут быть диагностированы, причинная связь между вакцинацией и хронической болезнью остается скрытой в течение примерно двух недель. И родители, и доктора вряд ли станут подозревать прививку, если болезнь оказывается ухудшенной версией того, чем ребенок и так болел, или того, чем так же болеют его друзья и одноклассники.

Первыми такими случаями в моей практике были специфические реакции, которые мне удалось идентифицировать по характерным признакам, свойственным определенным вакцинам или их компонентам, и в то же время подтвердить диагностику благодаря лечебному эффекту, полученному от гомеопатических лекарства, которые были изготовлены на основе естественной болезни. В одном из случаев я заметил, что в дополнение к своему известному воздействию на околоушные железы и заушные лимфатические узлы, вакцина MMR оказала также неспецифическое влияние на иммунную систему в целом, в результате чего мальчик оказался более подверженным и к другим недомоганиям, распространенным среди соседей.

Я осмотрел 4-летнего мальчика с двусторонним увеличением и болезненностью заушных лимфоузлов, продолжавшимися в течение предыдущего года, когда он также стал склонен к инфекциям верхних дыхательных путей. За тот же период времени мать мальчика отмечала повторяющееся опухание желез, начавшееся вскоре после полученной им в три года прививки MMR. Поскольку она была беременна, я решил не начинать лечение до родов. Спустя год у мальчика развился острый бронхит, и снова узлы были опухшими и болезненными, так что я дал ему гомеопатическую вакцину от коревой краснухи. Вскоре кашель спал и узлы уменьшились в размерах. Через две недели он вернулся с твердой болезненной опухолью щеки и жалобами на боль при жевании или открывании рта. После одной дозы гомеопатической паротитной вакцины эти симптомы также пропали, и он быстро поправился⁴³.

Как и в других случаях, специфическая реакция на вакцину помогла мне распознать ее влияние, но реакция в целом была смутной и нехарактерной, позволяя предположить в ее основе некоторую тенденцию, которой не было у большинства детей. Стремительно растущее в те годы распространение детских ушных инфекций вскоре привело меня к выводу, что такие неспецифические реакции скорее правило, нежели исключение, и обеспечило большой массив данных, который был готов к использованию. Вот типичный пример девочки в возрасте 19 месяцев, у которой прививка MMR вскоре вызвала ушные инфекции и внезапное обострение аллергий и экземы, до того присутствовавших у нее в легкой форме.

К 19-и месяцам жизни за четырехмесячный период после прививки MMR она перенесла 5 случаев ушных инфекций, сопровождавшихся экземой и аллергическими ринитами, и 5 курсов антибиотиков. Хотя ее аллергии начались вскоре после рождения, они были легкими, а экзема выражалась в нескольких маленьких пятнышках на лице. Не дав выраженной реакции на DPT, она прекрасно себя чувствовала до прививки MMR, после которой у нее резко начались проблемы с ушами, часто с высокой температурой, болью в ушах и потерей слуха, изменением поведения. Несмотря на 5 курсов антибиотиков, ей ни разу не удалось полностью освободиться от этих симптомов, в то же время ее аллергии стали более интенсивными и неослабевающими, а экзема распространилась по всему телу. Посоветовав им не давать при болезнях антибиотики и прекратить вакцинацию, я назначил ей гомеопатическое лекарство. Проблемы с ушами сразу прекратились, однако экзема и заложенность носа заняли больше времени. Сейчас ей 12, у нее нет никаких пятен, и она наслаждается отменным здоровьем и нормальным слухом⁴⁴.

Вызванная скорее вакциной MMR, нежели DPT или какой-то другой вакциной, и не включенная ни в один официальный список, реакция этой девочки заключалась в ушных инфекциях, самых распространенных заболеваниях ее возрастной группы, а также в рецидиве и более тяжелых формах тех аллергий и экземы, которые возникали у нее в прошлом. Вот другой типичный случай — девочка 15-и месяцев, которая к моменту, когда я впервые ее увидел, перенесла 11 ушных инфекций и прошла 11 полных курсов антибиотиков.

Во всех остальных отношениях вполне здоровая, круглолицая 15-месячная девочка страдала от постоянных ушных инфекций, которые никак не проходили, несмотря на 11 курсов антибиотиков. После здоровой беременности и родов ее мать не кормила грудью, и ее первое ушное заболевание с температурой почти 40⁰С случилось в возрасте 2-х месяцев, вскоре после прививок DPT, HiB и от полиомиелита. Все последующие заболевания проходили без температуры на фоне раздражительности, пронзительного крика и постоянного хватания за уши; облегчение наступало, только если ее носили на руках. Дважды казалось, что девочка выздоровела, но врач обнаруживал жидкость в ушах.

Попросив родителей больше не прививать девочку, я дал ей гомеопатическое средство и через 2 недели у нее развилось заболевание, в точности повторившее первое, с температурой 39⁰С и пронзительным криком. Она оправилась от него в течение дня или около того, и с тех пор находится в полном здравии, один раз простудившись, но без осложнений на уши. К тому моменту она уже расцвела: росла, набирала вес, имела хороший аппетит, сон и бодрое состояние духа. Это было 3 года назад. С тех пор у нее не бывает ушных инфекций, и ей не делают прививок⁴⁵.

Несмотря на очевидную связь между комбинированными вакцинами и первым заболеванием, состояние этой девочки стало настолько хроническим, что последующие прививки уже ничего не меняли, не считая последнего случая с температурой, который был подобен самому первому. Благодаря таким случаям я научился рассматривать острые болезни как благоприятный признак, сигнализирующий о сильной жизнестойкости и нормальном развитии иммунной системы. Беспокоиться стоило о детях, у которых не повышалась температура или не было острой реакции на инфекции, то есть не было той реакции, какую должна давать иммунная система. Я полагаю, что все вакцины, помимо их специфического воздействия, имеют тенденцию перепрограммировать организм таким образом, чтобы он отвечал на все болезни хроническими состояниями. Это иллюстрирует следующий случай из моей практики — девочка с постоянными ушными инфекциями такого же типа, последовавшими за несколькими различными прививками.

Девочку 10-и месяцев принесли на прием с отитом среднего уха, сопровождавшегося высокой температурой, сильной болью в ушах и громким пронзительным криком. Это было ее пятое заболевание, начиная с 2-х месяцев; каждое начиналось вскоре после окончания курса антибиотиков, которым лечили предыдущее. Цикл начался, когда мать отняла ее от груди, чтобы выйти на работу: девочка стала нервной и покрывалась сыпью от искусственных смесей. Все симптомы резко ухудшились после прививок DPT, HiB и от полиомиелита, достигнув спустя две недели пика с высокой температурой и жестокой болью в ушах, как и во всех последующих эпизодах. После этого она была еще раз привита DT, никак на прививку не среагировав, за исключением того, что ушные инфекции продолжились, как и раньше.

Благодаря гомеопатическим средствам инфекции вскоре прекратились, но вернулись с новой силой, когда спустя 6 месяцев ее родители развелись, и отец настоял на том, чтобы она получила прививку MMR. Она снова хорошо отреагировала на гомеопатическое лечение и оставалась в целом в хорошем состоянии, несмотря на тенденцию к рецидивам каждый раз, когда она ездила к отцу, который баловал ее молочными продуктами и водил к доктору за полагающимися ей прививками и антибиотиками. Сейчас она учится на первом курсе в колледже; она иногда все еще болеет, однако ее ушные заболевания ушли в прошлое, а ее крепкая иммунная система позволяет ей реагировать на болезни остро и стремительно, и быстро выздоравливать⁴⁶.

Практически одинаковые реакции этой девочки на две разные прививки показали определенную предрасположенность к заболеваниям характерного для нее типа, которая уже присутствовала у нее, когда она получила прививки. Важным и очевидным влиянием вакцин было то, что они возобновили эти заболевания и усилили их.

Распространенные детские заболевания: становится хуже, чем было ранее

Рассматривая проблему с этой точки зрения, я начал замечать подобную причинную связь между прививками от детских болезней и обычными хроническими заболеваниями, такими как астма, экзема, синуситы, поведенческие проблемы и тому подобное. Как и с ушными инфекциями, если симптоматика существовала до вакцинации, то вскоре после прививки происходило значительное ухудшение, а если болезнь находилась в состоянии ремиссии, то прививки вновь вызывали ее проявление. Как и раньше, многие дети реагировали схожим образом на две или более различные вакцины, выдавая реакции, характерные скорее для данного конкретного ребенка, нежели свойственные определенной вакцине, и часто эти реакции были связаны с историей болезней семьи или с историей болезни самого ребенка, бывшей у него ранее. Иногда болезнь возникала через слишком долгое время, чтобы заподозрить вакцину, пока те же самые симптомы не появлялись после повторной дозы или другой прививки. Более того, эти реакции представляли собой заболевания из числа обычных болезней, которые может наблюдать в своей практике любой врач-педиатр, как среди привитых, так и среди непривитых, и которые лечились одними и теми же лекарствами — как гомеопатическими, так и негомеопатическими. В отличие от известных осложнений на конкретные вакцины, которые строго определены как серьезные и редки настолько, насколько это возможно, эти неспецифические реакции являются скорее правилом, чем исключением, хотя ни в коем случае их нельзя считать мелкими или незначительными:

Мальчика в возрасте 15-и месяцев привели с крупом, повторными простудами, отечными гландами и проблемами в развитии. Родившись у матери, страдающей диабетом, он при рождении весил 8 фунтов и провел несколько недель на ИВЛ в отделении интенсивной терапии для новорожденных по причине "недоразвитости легких", страдая также от цианоза и нестабильного уровня сахара в крови. В первые месяцы он страдал от колик и тяжелейшего поноса, пока его мать не исключила из своего рациона все продукты из пшеничной муки. В 3 месяца, вскоре после прививок DPT, HiB и от полиомиелита, он стал очень беспокойным, у него отекли гланды и появилась болезненная бледность. Это состояние длилось месяцами, развившись в конечном итоге в длительный круп с высокой температурой, и впадение грудной клетки, потребовавших госпитализации и курса кортикостероидов внутривенно. Поскольку кашель не проходил, мать мальчика отложила следующую серию прививок на несколько месяцев, но даже при этом круп снова появился, как и отекшие гланды, и все остальные симптомы — точно те же, что и раньше. Мальчик был слишком мал для своего возраста, демонстрировал явный страх перед незнакомыми людьми, прятался за мать; из постоянно открытого рта текли слюни. Как только я нашел подходящее гомеопатическое средство, которое соответствовало совокупности симптоов, болезнь полностью прошла в течение нескольких дней и никогда больше не возвращалась. Спустя месяц его мать пришла в восторг: впервые в конце зимы у него не было ни крупа, ни опухших гланд, он хорошо спал, и выглядел более живым, более интересующимся окружающим миром и меньше боялся незнакомцев. Это было 6 лет назад, и с тех пор я его не видел, но его мать недавно звонила мне и сказала, что он набирает вес и развивается нормально, "как все дети его возраста"⁴⁷.

Другой случай — мальчик с тяжелой формой астмы, которая благодаря гомеопатическому лечению перешла в длительную ремиссию, но стремительно вернулась практически сразу после бустерной дозы DPT.

Мальчик 4-х лет, имеющий с двух лет астму и положительную реакцию на широкий спектр аллергенов, появился на приеме в связи с тем, что круглогодичный прием бронхолитических лекарств и ингаляции стероидами не предотвратили множество приступов болезни в осенне-зимний период. Некоторые из этих приступов потребовали лечения преднизоном и антибиотиками. В течение первых 6 недель гомеопатического лечения удалось вдвое снизить количество ингаляционных стероидов, уровень ПСВ (пиковой скорости выдоха) держался на отметке 150 и выше, и он впервые перенес простуду без астматических приступов и лекарств. Эмоционально он также стал спокойнее, менее диким, и даже проявлял признаки сожаления после приступа гнева, чего с ним ранее не случалось.

Следующим летом, в сезон, когда его аллергии обычно достигали пика, он по-прежнему хорошо себя чувствовал при половинном количестве ингаляций, был здоровым и энергичным всю весну и лето, с рекордным уровнем ПСВ в 160–175. Осенью, перед поступлением в детский сад, он получил бустерную дозу DPT и тут же заболел бронхитом, от которого его лечили антибиотиками, и приступы аллергии также вернулись в полной мере. Он опять хорошо отреагировал на то же гомеопатическое лекарство, и вот уже в течение двух лет его состояние продолжает улучшаться, и у него нет нужды приходить на прием снова или опять принимать лекарство⁴⁸.

Рассказ его матери практически не оставил сомнений в том, что вакцинация DPT реактивировала и ухудшила его предшествующее состояние, которое в течение многих месяцев находилось в почти полной ремиссии. Хотя вполне возможно, что вакцина DPT и другие вакцины могли играть роль в возникновении его астмы, лежащая в основе предрасположенность в любом случае могла быть важным фактором, содействовавшим болезни. Суть в том, что он вполне успешно лечился от астмы, пока бустерная доза DPT не ухудшила его состояние на долгое время.

Неспецифические реакции: вызывает любая вакцина

Как и в случае с ушными инфекциями, дополнительные доказательства наличия неспецифических реакций предоставляли дети, которые реагировали одинаковым образом на две или больше вакцин. Следующий случай сенсибилизации к окружающей среде был настолько тяжелым, и его обострение после каждой прививки было настолько очевидным, что аллерголог заметил это и решил воздержаться от дальнейшей вакцинации этого ребенка.

Двухлетний мальчик пришел на прием с астмой и аллергиями. Будучи сама тяжелым аллергиком, его мать неохотно согласилась на прививку от гепатита В при рождении и повторную в 2 недели. После первых прививок вакцинами DPT, HiB и от полиомиелита в два месяца, у ребенка высыпала экзема по всему телу, что, как точно знала его мать, было вызвано вакцинацией, но их педиатр высмеял эту мысль. После второй серии прививок, стул мальчика в течение 6 недель был зеленым и жидким, и мать отлучила его от груди. Однако искусственная смесь "Симилак" привела к апноэ, цианозу, рвоте и страшной сыпи по всему телу. Обнаружив, что у мальчика аллергия к молочным продуктам, яйцам, арахису и животным, аллерголог согласился, что его не стоит больше прививать, но семейный врач настоял на бустерной прививке HiB в 18 месяцев, и спустя две недели у мальчика развилась астма. К моменту нашей встречи он был вынужден круглогодично ежедневно принимать альбутерол. Он также хорошо отреагировал на гомеопатические средства, и сейчас его вряд ли можно назвать астматиком, хотя он по-прежнему не прививается и соблюдает осторожность с едой и животными⁴⁹.

3. Как работают вакцины: предварительная гипотеза

Несмотря на свою значимость для медицины и общественного здоровья и на изобилие точных знаний, как работает иммунная система организма, до сих пор любая вакцина для того, чтобы быть признанной эффективной, должна отвечать всего лишь двум минимальным требованиям: 1) значительное снижение заболеваемости соответствующей болезнью после начала широкого использования вакцины и 2) обнаружение в течение длительного периода времени определенного титра антител в крови привитых этой вакциной. Эти стандарты подобны всем стандартам, принятым в лекарственной промышленности, когда ожидается, что вакцины и лекарства будут действовать в основном так, как предполагается, а все воздействия, которые они (помимо ожидаемых) оказывают на организм, считаются "побочными" эффектами и часто попросту забываются. Короче говоря, официальная медицина не пытается установить и похоже вообще не хочет знать, как лекарства влияют на организм в целом. В поисках более широкого подхода к этой проблеме, я рассмотрю, как происходит заболевание и выздоровление при острой болезни, в данном случае кори, и сопоставлю это с тем, что происходит после применения соответствующей вакцины.

Естественный иммунитет: полный, высокого качества и на всю жизнь

Будучи тропен к слизистой оболочке дыхательных путей, вирус кори распространяется через воздух при кашле и чихании, и восприимчивые к нему люди вдыхают зараженные капельки при контакте. В течение 10–14 дней вирус сначала размножается в миндалинах, аденоидах и дополнительной лимфоидной ткани глотки, затем попадает в лимфоузлы головы и шеи, и наконец появляется в крови, селезенке, печени, тимусе и костном мозге, главных органах иммунной системы. В этот достаточно долгий инкубационный период больной обычно чувствует себя довольно хорошо. У него нет симптомов или они минимальны⁵⁰.

Когда появляются первые признаки заболевания, в крови уже можно определить наличие антител в пропорции, примерно соответствующей тяжести болезни⁵¹. Другими словами, болезнь, которую мы знаем как корь, это всего лишь согласованные усилия иммунной системы избавиться от вируса в крови, в основном через кашель и чихание, то есть тем же способом, каким вирус проник в организм. Эта мощная реакция означает полную мобилизацию всех сил, включая воспаление уже сенсибилизированных вирусом на входе тканей, активизацию В- и Т-лимфоцитов, макрофагов и системы комплемента, а также множество других механизмов, среди которых выработка антител — всего лишь одно из средств, эффективность которого зависит от слаженного действия всей системы в целом.

Столь серьезные усилия не оставляют сомнений в том, что острое заболевание такого рода и выздоровление это определенный опыт, позволяющий иммунной системе достичь своей зрелости. Результатом является специфический иммунитет, благодаря которому переболевшие индивиды уже никогда не будут подвержены этой болезни, неважно сколько раз в будущем они подвергнутся риску заболевания. Однако заболевание дает и не менее важный неспецифический иммунитет, обучая систему реагировать быстро и эффективно и на другие инфекции, с которыми она может столкнуться в будущем.

Естественный иммунитет, приобретаемый благодаря выздоровлению от острых заболеваний, приносит неоспоримую пользу для здоровья индивида и его потомков и, следовательно, для здоровья общества и расы в целом. Вирус кори убивает 20% населения, столкнувшегося с ним впервые, и нашим предкам потребовались столетия адаптации, чтобы превратить эту болезнь в обычную детскую. Теперь, если я заболею корью в возрасте 6 лет, неспецифические механизмы иммунитета будут уже наготове, чтобы я мог выздороветь без осложнений и последствий — достижение, в немалой степени благодаря которому я могу сегодня наслаждаться крепким здоровьем. Способность реагировать на инфекции резко и бурно является одним из фундаментальных требований общего здоровья и хорошего самочувствия. Эта истина столь элементарна, что сама необходимость доказывать ее наглядно демонстрирует нам, как далеко мы ушли от концепции здоровой и разумной жизни.

Искусственный или поствакцинальный иммунитет: относительный, частичный и временный

Когда живые ослабленные вакцинные вирусы вводятся в кровь посредством укола, большей частью можно отметить кратковременное воспаление в месте укола, без сенсибилизации в месте проникновения инфекции, без инкубационного периода, без острого течения болезни и без массивной реакции. Подобно трюку фокусника, вакцинация дает определенный титр антител в крови, но без какой-либо явной болезни или воспалительной реакции и без какого-либо значительного улучшения общего здоровья пациента, не считая снижения статистического риска развития острой болезни в том виде, в каком мы ее знаем.

Но что же происходит с вирусом, каким образом он заставляет иммунную систему годами производить антитела против него, и какую цену мы вынуждены платить за тот поддельный иммунитет, который эти антитела собой представляют — вот вопросы, которыми редко, если вообще задаются. Вакцины предназначены обманом достичь того, что иммунная система призвана предотвратить, а именно: они обеспечивают свободный и непосредственный доступ вирусов, бактерий и других чужеродных антигенов в органы иммунной системы без какого-либо очевидного или легкого способа избавиться от них. Это не просто побочный эффект; безостановочное производство специфических антител в течение долгого периода времени требует физического присутствия живых вирусов и других высокоантигенных субстанций внутри клеток иммунной системы на более или менее постоянной основе.

Для кори и других живых вакцин уже имеются прекрасные модели, позволяющие представить, как возникает хроническое состояние, и предсказать, какие патологии могут из него развиться. Многие вирусы известны своей способностью сохраняться в латентной форме неограниченно долго внутри клеток иммунной системы, не вызывая при этом острого заболевания. Они присоединяют свою собственную ДНК или РНК в виде дополнительных частиц или эписом к геному клетки-хозяина и размножаются вместе с ней, позволяя клетке выполнять свои обычные функции, но заставляя также синтезировать белок вируса⁵².

Находясь в клетках организма-хозяина как чужеродные элементы, латентные вирусы такого типа автоматически представляли бы серьезную угрозу для иммунного механизма в целом, который запрограммирован на разрушение и удаление вирусов из организма всеми доступными средствами. Как только частицы вируса встраиваются в генетический материал организма-хозяина, разрушать и удалять становиться нечего, только сами зараженные клетки. Хронический внутриклеточный паразитизм латентных вирусов гарантировал бы целый букет аутоиммунных заболеваний, которые пришлось бы считать "здоровьем", так как удаление измененных клеток в этом случае становится единственным способом избавления от чужеродного материала.

Короче говоря, я опасаюсь, что вакцинация детей коревой и другими живыми вакцинами просто перепрограммирует их иммунную систему, заставляя давать скорее слабовыраженную и хроническую реакцию на инфекции, да и вообще на все антигены, нежели отвечать на них острым и бурным заболеванием. Такое заключение вполне подтверждается клинической практикой, демонстрирующей тревожный и до сих пор необъяснимый рост хронических ушных инфекций, астмы, экземы, аутизма и других распространенных детских болезней. То, что вакцина от кори "защищает" нас от болезни, это опасное заблуждение. На самом деле верно обратное: она заставляет нас постоянно носить в себе вирус, так что наша иммунная система теряет способность реагировать остро не только на корь, но и вообще на что-либо.

Если это правда, то величайшим достижением обязательной вакцинации может оказаться замена нескольких эпидемических заболеваний прошлого на гораздо более распространенные и менее излечимые хронические болезни настоящего, вызывающие страдания и утрату трудоспособности, за что пациент расплачивается с высокими процентами всю жизнь. Сложно представить, чтобы большинство родителей согласились на такую дьявольскую сделку, если бы им сказали правду; чтобы они позволили открыть этот истинный ящик Пандоры новых болезней и будущих мутаций, которые могут возникнуть благодаря генетической перестройке in vivo клеток всей расы.

Вакцинные адъюванты

Созданные из убитых бактерий, инактивированных анатоксинов, тканевых экстрактов и перестроенных вирусов, убитые вакцины также разрабатываются с тем, чтобы сохраняться внутри клеток организма-хозяина и стимулировать выработку антител в течение долгого периода времени. Хотя то, как они работают, до сих пор не слишком понятно, в способе их производства и консервации что-то должно обеспечивать такую же долгосрочную сохранность в клетках, продуцирующих антитела. По-видимому, это происходит путем присоединения к белкам клеток-хозяев, что позволяет этим неживым вакцинам сохранять высокий уровень антигенности как можно дольше. Как минимум три вида химических добавок входят в состав вакцин и сознательно используются для этих целей.

Во-первых, вакцины изготавливают из анатоксинов и клеточных экстрактов и осаждают на адсорбентах, обычно гидроксиде алюминия, как для того, чтобы сохранить их, так и для того, чтобы усилить их антигенность⁵³. Очевидно, что вакцины, изготовленные без таких адсорбентов, гораздо менее токсичны, что было показано в недавнем исследовании вакцины от коклюша, свободной от алюминия⁵⁴. Используемый также в посуде для приготовления пищи и других продуктах, металлический алюминий и его соли вносят свою лепту в великое множество аутоиммунных, аллергических и неврологических состояний, включая болезнь Альцгеймера и энцефалопатию⁵⁵.

Во-вторых, некоторые вакцины приготовлены из живых микроорганизмов или их токсинов, предварительно убитых или инактивированных формальдегидом, который также консервирует их в этой форме, что больше напоминает бальзамирование после смерти. Сильный и хорошо известный канцероген⁵⁶ даже в ничтожных количествах⁵⁷, формальдегид — последнее, что мы хотели бы вводить в кровоток наших детей, не говоря уже о замуровывании опасных вакцин в их теле.

В-третьих, определенные вакцины обезвреживаются, денатурируются и консервируются с помощью тимеросала, неорганической серортутной соли, которая предохраняет вакцину от бактериального заражения. Ртутные соли и тимеросал в частности, будучи связанными с длинным рядом токсических и аутоиммунных реакций, от аллергий до почечной недостаточности и слабоумия⁵⁸, настолько широко изучаются и так часто упоминаются в публикациях в последние годы, что уже сами производители вакцин стараются разработать или открыть какую-то альтернативу этим консервантам.

Клинические и эпидемиологические исследования эффективности вакцин

Лучшее свидетельство того, что вакцины работают, относится к появлению полиовакцины Солка в 40-х годах и вакцины от кори в 60-х годах, когда страшные эпидемии полиомиелита полностью прекратились в развитых странах, а заболеваемость корью в Соединенных Штатах резко сократилась с более чем 400 тыс. случаев до менее чем 10 тыс. случаев в год. И с тех пор существует вызывающая тревогу возможность, что вакцины дают несколько другой эффект, нежели выработка истинного иммунитета. Такое подозрение возникает в свете того обстоятельства, что корь, как и другие подобные болезни, продолжает вспыхивать даже среди широко охваченного прививками населения, причем в таких случаях наблюдаемая разница в количестве и тяжести случаев заболевания у привитых и непривитых оказывается гораздо менее значительной, чем ожидалось⁵⁹.

В 1985 г. в городе Корпус Кристи и расположенном рядом Нуэсес Каунти в Техасе в течение 3 месяцев было зарегистрировано 157 случаев кори, при том, что уровень охвата населения прививкой от кори был свыше 99% и "защитный" титр антител предполагался у более чем 95% населения⁶⁰. В 1989 г. в одном из колледжей Иллинойса также было зарегистрировано 69 случаев в течение 3 недель, несмотря на то, что 99,7% студентов были привиты, что подтверждалось документами⁶¹. Хотя в обоих отчетах странным образом не указывается действительное число случаев среди привитых и непривитых, они явно дискредитируют распространенное заблуждение, что непривитые дети являются главным источником инфекции и представляют угрозу для своих одноклассников. Этот страх активно раздувается органами здравоохранения, чтобы пристыдить родителей, не желающих делать прививки своим детям, и заставить их поддаться давлению. В действительности подобные вспышки болезни заставляют предположить, что наоборот, иммунитет, приобретенный с помощью вакцин, не может быть настоящим, и что непривитые дети могут представлять угрозу исключительно для самих себя.

Эти неудобные факты легко отбрасывались благодаря официальному объяснению, что искусственный или выработанный вакцинами иммунитет является всего лишь частичным и временным, и стирается с возрастом, очевидно оставляя ребенка без защиты и столь же подверженным болезни, как и до вакцинации. Такое объяснение на самом деле оказывается главным доводом в пользу того, чтобы проводить ревакцинацию "бустерной" дозой в более позднем возрасте. Однако исследования демонстрируют, что это допущение ложно. В 1980 г., когда казалось, что корь практически искоренена в Соединенных Штатах, доктор Джеймс Черри, с которым мы уже ранее встречались, обнаружил, что дети, которые были ранее привиты от кори и чей титр специфических антител упал ниже уровня, считающегося защитным, минимально и на неприемлемо короткое время реагируют на бустерную прививку:

При бустерной вакцинации наблюдался только небольшой начальный подъем титра, а спустя год уровень антител опускался практически к той же отметке, на которой он был до бустера. К тому же мы отметили, что у 14 детей, большинство из которых, вероятно, были иммунологически стимулированы, бустерная прививка вообще не "взялась". Короче говоря, эти данные заставляют предположить, что дополнительная бустерная прививка может не оказать никакого длительного эффекта на ослабевающий иммунитет⁶².

Обе вспышки кори среди предположительно широко охваченного вакцинацией населения и провал простой бустерной прививки доктора Черри с целью продления эффективности вакцинного иммунитета рождают сомнение в традиционном представлении, что иммунитет это чисто числительная переменная, что титр специфических антител безошибочно регулирует работу иммунитета и что приложив соответствующие усилия можно запускать этот механизм более или менее произвольно. В течение нескольких лет, когда серьезные вспышки болезни, подобные тем, что уже упоминались, вызвали срочную необходимость что-то с этим делать, неожиданно неудобное исследование Черри было благоразумно забыто, и бустерный укол вакциной MMR своевременно был объявлен обязательным для всех детей и остается в силе по сей день⁶³.

Другая наводящая на раздумия информация была получена после подтвержденной официально вспышки кори в городе Дейн Каунти, штат Висконсин, где в 1986 г. в течение девяти месяцев было зарегистрировано 235 случаев заболевания⁶⁴. В дополнение к обычным случаям, из которых только 6% наблюдались у невакцинированных⁶⁵, авторы идентифицировали подкласс так называемой "мягкой кори", при которой отмечается бледная сыпь, отсутствие высокой температуры и минимальное недомогание или реакция всего организма⁶⁶. К своему удивлению, они также обнаружили, что данный тип заболевания встречался гораздо чаще среди ранее привитых детей с отсутствием специфических антител, чем среди непривитых детей или тех, у которых присутствовал высокий титр антител. Обе последние группы имели бóльшую вероятность дать картину развернутой болезни:

У 36 из 37 непривитых пациентов, то есть 97%, была сыпь, которая соответствует клиническому определению кори Центра контроля заболеваний, но 29 из 198 вакцинированных пациентов, то есть 15%, такой сыпи не имели, в первую очередь по причине небольшой температуры или вообще ее отсутствия. Из 122 пациентов с подтвержденным анализом крови диагнозом 10 человек, все ранее привитые, не имели в крови специфических для кори антител IgM и болезнь у них протекала заметно мягче, чем у других пациентов, как привитых, так и нет, чьи анализы были положительны на иммуноглобулин⁶⁷.

Этот парадоксальный итог позволяет предположить наличие некоего вида скрытой вирусной активности, которая не обнаруживалась обычными серологическими анализами, в результате чего они фактически давали неверное представление о картине болезни. И это подкрепляет открытие доктора Вейкфилда, что дети, получившие вакцину MMR, имеют гораздо больший риск пострадать в течение жизни от воспалительного заболевания кишечника, нежели непривитые дети контрольной группы. Из этого следует неизбежный вывод, что искусственный, выработанный вакцинами иммунитет является как поддельным, так и опасным, поскольку, как мы видим, может привести к любому из широкого списка аутоиммунных заболеваний.

4. Некоторые моновакцины

На этой основе вышеизложенного я проведу дополнительный анализ некоторых моновакцин, каждая из которых иллюстрирует основной тезис, который мы уже обсудили, а именно — значительное различие в серьезности последствий и влиянии на организм в сравнении с соответствующей природной болезнью. Поскольку в прошлом я уже писал о DPT, MMR и вакцине от полиомиелита⁶⁸^,⁶⁹, сегодня я сосредоточусь на вакцинах последнего поколения.

Гемофильная инфекция типа В (HiB)

Изначально разработанная против вспышек бактериального менингита у младенцев и детей дошкольного возраста, посещающих крупные детские учреждения, впоследствии вакцина HiB была приспособлена для более широких и масштабных задач, что стало уже традиционной практикой лекарственной отрасли и порождает соответствующие экономические и политические проблемы, о чем я упоминал мимоходом.

Будучи первой вакциной, направленной против микроорганизмов, обитающих в здоровом горле, вакцина HiB действовала непосредственно против конкретного штамма гемофильной инфекции, а именно штамма В, который иногда связывают с серьезными инвазивными заболеваниями, такими как отит среднего уха, синусит, менингит, пневмония, ларингит, эпиглотит и эндокардит. Поскольку бактериальный менингит, несмотря на лечение сильнейшими антибиотиками, может закончиться летальным исходом или привести к необратимому повреждению мозга, прививочный истеблишмент не усмотрел никаких недостатков в идее предотвращения вспышек этой болезни путем вакцинации детей двух лет и старше, часто посещающих переполненные публичные учреждения. После небольшого пробного проекта вакцинации, вакцина HiB в итоге была объявлена обязательной для всех детей в возрасте 18 месяцев, и сейчас эту прививку проводят вместе с прививкой DPT в 2, 4, 6 и 18 месяцев, часто одним уколом.

С момента старта в конце 1980-х, кампания по внедрению вакцины HiB была безропотно принята практически всеми педиатрами, и в итоге дала небольшое снижение в количестве случаев и тяжести заболеваний по всем видам системных болезней с участием этого микроорганизма⁷⁰, включая ушные инфекции⁷¹, которые к тому времени сами по себе стали серьезной медицинской проблемой. С тех пор этот кажущийся грандиозным успех концепции вакцинации заслонил собой очевидный риск появления новых, менее дружественных видов, которые займут освободившееся место, или какого-либо еще изменения нормального экологического баланса всей глотки в целом. Эта возможность, похоже, нисколько не беспокоит экспертов от вакцинации, а может и вовсе не приходит в голову им. С учетом зарегистрированных осложнений на вакцину, таких как синдром Гийена-Барре⁷², тромбоцитопеническая пурпура ⁷³ и инвазивная гемофильная инфекция В, наблюдаемых в первые две недели после вакцинации и связанных с очень низким уровнем специфических антител⁷⁴, столь безрассудное вмешательство в сложный, хорошо сформированный гомеостатический механизм с целью добиться ограниченных краткосрочных результатов — уже достаточное основание для объявления моратория на применение вакцины HiB до тех пор, пока не будут проведены обстоятельные, всесторонние исследования.

Гепатит В

Введенная в практику в начале 1990-х годов, вакцина от гепатита В подняла ряд других вопросов. Широко распространенный, но редко летальный гепатит В бывает острого, хронического или и того, и другого типов, и в некоторых случаях приводит к необратимым повреждениям печени и циррозу, которые являются фактором риска развития рака печени и смерти. Передающаяся в первую очередь через зараженную кровь и в меньшей степени при половом контакте болезнь долгое время была основной причиной болезней наркоманов, употребляющих наркотики внутривенно. В 1980-х годах здравоохранение с опозданием обратило внимание, что вирусы гепатитов В и С, ВИЧ и других болезней, передающихся через кровь, начали появляться в донорской крови, и этот скандал заставил банки крови подвергать донорскую кровь более тщательным проверкам⁷⁵.

Поскольку скрытые от посторонних глаз сообщества наркоманов всегда оставались вне рамок здравоохранения, кампании по избирательной вакцинации от гепатита В, направленные на эти группы риска, никогда не были эффективными. В 1991 г. обязательная вакцинация была объявлена крайним средством, хоть какой-то мерой воздействия на эту все более и более сложную проблему. Было принято отчаянное и невероятное решение вакцинировать всех новорожденных непосредственно в роддомах с тем, чтобы те из них, кто впоследствии пристрастится к наркотикам, все-таки имели чуть меньшую вероятность подхватить эту болезнь или по крайней мере чтобы хоть немного снизить вероятность появления вируса в донорской крови. Притянуто за уши? Многие педиатры думали так же, по крайней мере вначале:

"Не понимаю, что за спешка?" — сказал один из педиатров на конференции в Калифорнийском университете в Сан-Франциско, и все слушатели согласились с ним. Только около трети из 400 присутствующих врачей подтвердили, что они обычно назначают эту вакцину младенцам. "Мы пытаемся сейчас предотвратить болезнь, которая, возможно, появится только лет через 25–30", — указал тот же докладчик. Другие высказывали опасения, что дети получают слишком много вакцин на первом году жизни, и что каждый укол — неприятный опыт, который может неблагоприятно повлиять на согласие на медицинские процедуры⁷⁶.

Посыпались письма протеста против вакцинации младенцев, и во многих высказывалось сомнение, что действие вакцины продлится достаточно долго, чтобы дать хоть какой-то эффект, и предупреждение, что понадобится бустерная прививка в более позднем возрасте:

Официальные брошюры, распространявшиеся среди пациентов, лживо заверяли родителей, что защитный эффект будет сохраняться в течение всей жизни ребенка, в то время как статья допускала, что уровень антител со временем снизится и могут понадобиться бустерные вакцинации. Поскольку период наибольшего риска начинается с подросткового возраста, то иммунизация подростков могла бы оказаться более эффективной, и результат прививок был бы лучше⁷⁷.

Тем не менее, многие педиатры оставались яростными приверженцами вакцинации как главного способа борьбы с болезнью, и к середине 90-х гг. большинство активно поддерживало кампании по вакцинации от гепатита В. Тогда же в больших количествах стали появляться сообщения о неблагоприятных аутоиммунных реакциях и, как обычно, задачей этих врачей стало ретуширование и дискредитация таких сообщений.

Будучи одной из первых среди вакцин такого рода, вакцина от гепатита В — продукт биоинженерии, генетически перестроенная форма вируса, который, как утверждается, более не способен к размножению и стало быть не является "живым". Оставляя без внимания область микроскопических эписом и внутриклеточных вирусных фрагментов, этот чисто семантический довод широко используется, как я уже говорил, для отказа от выплаты компенсаций по искам об аутоиммунных болезнях, связанных с вакциной от гепатита В. И поскольку столь гибкая игра слов всего лишь ненадолго откладывает еще один грандиозный скандал, то даже те вежливые возражения, которые прозвучали десять лет назад, более чем достаточны для того, чтобы предсказать шумный провал этой безрассудной идеи вакцинировать всех новорожденных от болезни молодых людей при том, что лишь очень немногие из них когда-либо столкнутся с ней.

Ротавирус

Хотя последствия были быстро заглажены и вся история оказалась слишком легко забытой, само происшествие и тот особый способ мышления, который был причиной бедствия, должны оставаться в центре внимания как образец того, что без сомнения ждет нас впереди. В 1996 г. "Журнал Американской медицинской ассоциации" опубликовал отчет Центра контроля заболеваний, в котором приводились доводы в пользу массовой вакцинации от ротавируса как основного источника инфекционной диареи:

В Соединенных Штатах ротавирус является самой частой причиной тяжелых поносов у детей. Среди детей до 5 лет приблизительно 70% заболеют из-за ротавируса, причем 1 из 8 вынужден будет посетить врача и 1 из 80 будет нуждаться в госпитализации. Хотя в США ротавирус редко становится причиной смерти, он является причиной 50 тысяч случаев госпитализации и влечет расходы в 550 миллионов долларов на непосредственные медицинские услуги ежегодно. Разработанные безопасные живые оральные вакцины предотвратят 50-60% случаев поноса и 70-100% самых тяжелых случаев. Решение о принятии Национальной программы вакцинации от ротавируса будет основано на ожидаемом снижении количества тяжелых последствий и снижении расходов на медицинские услуги. Предварительное исследование показало, что программа даст чистую экономию в 80 миллионов долларов на расходы в здравоохранении и 465 миллионов долларов на социальные расходы, если цена вакцины будет составлять 20 долларов за дозу⁷⁸.

Однако авторы статьи, используя собственные расчеты, определили экономию в социальной сфере только в 300 миллионов долларов, а в сфере здравоохранения насчитали чистый убыток в 100 миллионов долларов, который может быть компенсирован только снижением цены за дозу вакцины до ее себестоимости в 9 долларов⁷⁹. В редакторской колонке в "Медицинском журнале Новой Англии" (NEJM), озаглавленной "Когда слишком много — это действительно слишком много?", поднят тот же вопрос, и делается вывод, что эта программа могла быть чрезвычайно эффективной в развивающемся мире, где ротавирус и другие источники инфекционной диареи представляют собой серьезную и требующую срочного разрешения проблему общественного здоровья, но при этом доступна и выгодна эта программа только в богатых странах, таких как США:

В Соединенных Штатах диарея уже не несет в себе серьезной угрозы. Она остается распространенной болезнью, но ее тяжесть снизилась до примерно 300 смертельных случаев в год. С другой стороны, вакцина безопасна и может предотвратить примерно половину всех инфекций, 80% тяжелейших случаев и предположительно все случаи обезвоживания. Эффективная программа вакцинации значительно снизила бы смертность, расходы на госпитализацию и другие медицинские расходы, которые оцениваются в 500-600 миллионов долларов ежегодно, а также сократила бы непрямые расходы, такие как потерянные зарплаты родителей и стоимость ухода за ребенком. В каких случаях слишком много — это действительно слишком много? Сотня предотвращенных смертей в год — это очень много, и 500 миллионов долларов прямых медицинских расходов — это тоже очень много. Следовательно, безопасная и эффективная вакцина, даже по цене 30 долларов за дозу, может быть рекомендована для профилактического использования в Соединенных Штатах и развитых странах⁸⁰.

Рекомендованная Консультативным комитетом по иммунизационной практике в 1998 г., вакцина была объявлена обязательной для всех младенцев, хотя имелось уже 5 сообщений о случаях инвагинации, угрожающей жизни форме кишечной непроходимости, которые наблюдались в экспериментальной группе детей численностью в 10 тысяч человек, то есть риск составлял примерно 0,05%⁸¹. За первые 8 месяцев с начала программы вакцинации произошло много новых случаев инвагинации, и вакцину быстро изъяли в ожидании дальнейшего расследования, которое установило "строгую временну́ю и специфическую причинную связь" между вакциной и этим опасным осложнением, риск которого оказался намного выше, чем в экспериментальной группе⁸². Вакцину поспешно отозвали, и вся история канула в Лету, как если бы ее не было вовсе.

Пока я оставлю в стороне ограниченность подсчетов финансовой выгоды, которые не принимают во внимание возможность хронических неспецифических осложнений от вакцины, как те, которые я описал, и ту очаровательную процедуру, благодаря которой разрешения на вакцины штампуются практически бесконтрольно. Провала вакцины от ротавируса не случилось бы, не будь страстной кампании, цель которой обычно не объявляется официально, но в данном случае была высказана ясно: даже минимальное число смертей, которые можно было предотвратить, неприемлемо, и массовая вакцинация всегда является наилучшим способом для того, чтобы этих смертей избежать.

В стране, которая, как известно, управляется долларами и центами, эти в высшей степени неэкономические идеи подкрепляются двумя допущениями: 1) вакцинация сама по себе абсолютно безопасна, и на самом деле является истинным благословением для здоровья каждого и нации в целом; 2) какие бы неблагоприятные реакции ни давали та или иная вакцина или отдельная партия, все это остается на уровне отдельных случаев, так что не только нет никакого вреда, а наоборот, сплошная польза в том, чтобы использовать столько вакцин, сколько нам хочется. Даже в отсутствие других доводов, огромной массы неспецифических реакций, которые я описал выше, было бы достаточно, чтобы доказать ложность обоих допущений. Существующие ныне биотехнологические компании способны создавать вакцины против вирусов и бактерий чуть ли не сразу, как только эти вирусы и бактерии обнаруживаются. Очевидно глупо отдавать вопросы общественного здоровья и благосостояния на откуп частным предприятиям, созданным с целью получения прибыли, но такой подход распространен уже повсеместно и с каждой новой кампанией становится все более угрожающим.

Ветряная оспа

Многие из этих проблем еще более заметны в истории с вакциной от ветряной оспы, которая хоть и была впервые разработана компанией "Мерк" еще в 1960-х годах, массово не использовалась вплоть до начала эпохи Клинтона, когда энтузиазм официальных лиц по поводу вакцинации достиг такой головокружительной высоты, что правдоподобные доводы в пользу введения этой вакцины можно было, в конце концов, просто придумать. Но даже тогда продажи этой вакцины были невысокими, поскольку ветряная оспа как болезнь настолько безвредна, что "Медицинская энциклопедия Американской медицинской ассоциации" описывает ее как "распространенное мягкое заболевание", которым "всем здоровым детям стоит переболеть в том возрасте, когда оно доставляет всего лишь небольшое неудобство"⁸³. Даже Американская академия педиатрии, которая не уступит никому в своем праведном прививочном энтузиазме, подтвердила в брошюре, выпущенной в 1996 г., что

Большинство детей, заразившиеся ветряной оспой и при этом во всех остальных отношениях отличающиеся крепким здоровьем, не получают никаких осложнений от этого заболевания. Если этой болезнью заболеет взрослый, то болезнь обычно длится дольше и протекает тяжелее, часто переходя в пневмонию. Для взрослых риск попасть в больницу почти в 10 раз выше, чем для детей до 14 лет, а риск умереть от этой болезни выше более чем в 20 раз⁸⁴.

Успешная кампания производителей вакцины за принятие правительственной программы по всеобщей вакцинации, вопреки этим традиционным и здравым представлениям об этой болезни, оказалась поистине мастерским ходом в пользу самих производителей и всей индустрии. Вся операция увенчалась эксклюзивными контрактами с департаментами здравоохранения штатов и федеральными органами, что гарантировало продажу миллионов доз по собственной цене производителей. Как им удалось добиться этого?

Хотя никто никогда не объявлял эту болезнь серьезной или хотя бы требующей в большинстве случаев медицинского наблюдения, постоянные хвастливые высказывания администрации Клинтона об экономической эффективности вакцинации как главной стратегии здравоохранения дали производителям вакцин возможность напирать на колоссальную экономию в социальных расходах, в первую очередь в потерянных зарплатах и стоимости лишнего дня, потраченного на уход, которую вакцина могла бы принести родителям. Так это расписано в брошюре Американской академии семейных врачей, выпущенной для распространения среди родителей, поскольку их дети приносились в жертву:

Зачем нужна вакцина? Ветряная оспа обычно оказывается мягким заболеванием, однако может привести к таким проблемам, как набухание мозга, пневмония и поражения кожи. Она может быть очень опасной для младенцев и взрослых. Поскольку болезнь очень заразна, дети не должны посещать школу или дошкольное учреждение, пока все язвочки не подсохнут или не покроются корочкой. Многие родители вынуждены пропускать работу, пока их дети болеют, и потерянные деньги могут оказаться для них серьезной тратой⁸⁵.

Как и в случае с вакциной от гепатита В, многие врачи были совершенно равнодушны к программе в ее начале, и желающих вакцинироваться было немного. Вот письмо, датированное 1997 г., в котором выражается опасение, уже ставшее реальностью в связи с вакциной MMR, по поводу ослабления иммунитета к подростковому и зрелому возрастам, когда болезнь переносится хуже и риск осложнений выше:

Ветряная оспа — легкое заболевание для детей дошкольного и школьного возраста. И хотя иммунизация считается аксиомой для общественного здоровья, вакцинация всех детей от ветряной оспы — скверная идея. Неизвестно, является ли долговременный иммунитет следствием непосредственного заболевания или же он сохраняется благодаря частым бустерным толчкам из-за вируса, циркулирующего среди населения. Неизвестно, как долго сохраняется иммунитет, полученный в результате вакцинации. Со временем массовая вакцинация полностью исключит случаи заболевания натуральной ветряной оспой, снизит циркуляцию вируса и таким образом уничтожит бустерный эффект. Если иммунитет привитых детей со временем ослабнет, а непривитые дети не переболеют этой болезнью из-за редкости вируса, то когда эти дети вырастут, могут начаться вспышки этой болезни уже с угрозой для жизни. Так может появиться все возрастающая по численности популяция взрослых, включая беременных женщин, у которых иммунитет [к ветрянке] не подкреплен или ослаблен. И это при том, что заболеваемость и смертность во внутриутробном периоде и во взрослом возрасте возрастает⁸⁶.

Как и можно было ожидать, эти сомнения и предупреждения были заглушены дружным хором уверений прививочного истеблишмента. В редакторской статье в "Журнале Американской медицинской ассоциации", озаглавленной "Просто сделай это!", два врача из Йельского университета закончили свое бодрое обращение следующим призывом:

Перевешивают ли выгоды всеобщей иммунизации возможные риски? Многие исследования показывают наличие риска осложнений вследствие ветряной оспы у нормальных детей и очевидно, что риск этот недооценен. Другие исследования демонстрируют экономическую выгоду применения вакцины. Почему мы должны отказывать детям в защите от этого неприятного обряда инициации, когда выгода столь очевидна? Пора прекратить откладывать и просто пойти и СДЕЛАТЬ ЭТО!⁸⁷

Пневмококк

Во многих отношениях подобная вакцине HiB, вакцина от пневмококка поднимает многие из тех же вопросов. Некоторые патогенные штаммы стрептококков (пневмококк или Streptococcus pneumoniae), как и Haemophilus influenzae, обладают капсулярными полисахаридными антигенами, что составляет основу их вирулентности и позволяет создать вакцины. Эти микроорганизмы занимают ту же нишу в нормальной флоре глотки и вызывают те же заболевания: отит, синусит, пневмония, менингит и эндокардит.

Вакцина от пневмококка была разработана задолго до вакцины HiB, в 1970-х годах, для предотвращения бактериальной пневмонии у пожилых людей, особенно в переполненных домах престарелых и интернатах, где пневмококк был чаще всего обнаруживаемой культурой. Но вакцина дала лишь незначительный эффект в этой уже ослабленной группе населения, как было показано в исследовании группы высокого риска амбулаторно наблюдаемых пациентов среднего возраста и пожилых в штате Виргиния:

Мы провели рандомизированное двойное слепое контролируемое плацебо-исследование эффективности полисахаридной вакцины от пневмококка в группе пациентов с высоким риском заболевания численностью 2295 человек с одним или более из следующих факторов риска: возраст более 55 лет, диабет, алкоголизм, хронические сердечные, легочные, почечные заболевания или заболевания печени. Мы не смогли подтвердить какую-либо эффективность вакцины в предотвращении пневмонии или бронхита в этой группе пациентов⁸⁸.

В результате подобных исследований, вакцина не пользовалась популярностью как среди своей целевой аудитории, так и среди врачей таких пациентов. Первые использовали вакцину без особого энтузиазма. Так обстояли дела до появления Клинтона, когда борьба с детскими ушными инфекциями достигла своей кульминации и общепринятая стратегия усиленного лечения антибиотиками обнаружила свою несостоятельность. В конце 1990-х годов вакцина была вновь введена в использование, на этот раз для детей, когда было обнаружено, что она дает умеренный эффект в предотвращении заболеваний среднего уха, где пневмококки играют главную роль⁸⁹. В конечном итоге дело дошло до целенаправленной маркетинговой кампании, которую все уже ждали, и ныне вакцина активно продвигается на рынке, рекомендуемая уже не только для детей младшего возраста, но и для подростков, молодежи, людей среднего возраста и даже для пенсионеров старше 50 лет⁹⁰, как если бы вакцина окончательно превратилась в панацею для всех и каждого, и прививаться ею было необходимо в течение всей жизни.

Но и сегодня изрядное количество педиатров и других критиков вакцины продолжают сопротивляться этому паровому катку. В 2001 г. в финском исследовании заболеваний среднего уха сообщалось, что новая вакцина эффективна для предотвращения ушных инфекций, однако несколько писем быстро пробили бреши в этом утверждении:

Производитель вакцины заключает, что новая вакцина эффективна в предотвращении заболевания. Но данные не позволяют сделать такой вывод. Как допускают авторы исследования, в группе привитых могло быть больше случаев заболевания, чем в контрольной группе. В 1999 г. эти же самые данные были представлены в Управление контроля пищевых продуктов и лекарств, которое отвергло использование вакцины для предотвращения заболеваний среднего уха. Но более интересными последствиями являются последствия экологические. В течение короткого времени было отмечено предсказанное замещение серотипа, как это наблюдалось и с другими бактериальными вакцинами. Имея такой явный предупреждающий сигнал, с точки зрения экологии опасно продвигать активное использование этой вакцины⁹¹.

Наиболее убедительная критика вакцины поступила от одного педиатра из Голландии, где ушные инфекции распространены, но для них редко применяют усиленное медикаментозное лечение и не считают эти инфекции серьезной проблемой общественного здравоохранения:

Согласно протоколу, все младенцы получили 4 дозы вакцины, что привело к предотвращению только 6% случаев заболевания. Больше можно сделать, изменив наше отношение к острым ушным заболеваниям, которые в Нидерландах считаются самокупирующимися болезнями. Часто родители не ведут ребенка с такими заболеваниями к доктору, а антибиотики в любом случае дают лишь незначительный эффект. Как было показано, информирование родителей и врачей приведет к меньшему использованию антибиотиков⁹².

Несмотря на очевидность того, что она неэффективна и небезопасна, вакцина от пневмококка продолжает активно рекламироваться, и у меня нет никаких сомнений, что в конечном итоге она будет объявлена обязательной, по крайней мере для детей, раз уж все эти сугубо профессиональные подробности остаются без внимания.

Грипп

Изготовленная из живых вирусов гриппа, аттенуированных в среде эмбриональных клеток цыпленка, вакцина от гриппа инактивируется формалином, разводится углеводородными эфирами до появления антигенных фракций и консервируется тимеросалом. Ее уникальный характер и доходность основываются на факте, что в ежегодные эпидемии гриппа включают разные подтипы вируса, которые невозможно точно узнать заранее. Поэтому вакцину приходится создавать и продвигать на рынок каждый год по новой, до эпидемии, основываясь на экстраполяции данных о возможных животных источниках, то есть на догадке. Поэтому вакцина срабатывает лишь частично, несмотря на некоторую перекрестную реактивность между различными штаммами вируса.

Подобно вакцине от пневмококка, вакцина от гриппа изначально была разработана для предотвращения пневмонии среди пожилых, особенно ослабленных пациентов в домах престарелых и хосписах. Но подробные исследования в этой группе высокого риска дали в лучшем случае смешанные результаты, а в некоторых случаях — никакого результата вообще⁹³, в то время как серьезные неблагоприятные реакции, такие как страшный синдром Гийена-Барре [острый первичный идиопатический полирадикулоневрит], регистрировались с известной частотой. В 1978—79 гг. широко разрекламированная эпидемия "свиного гриппа" так и не случилась, но более 40 млн людей получили прививку. В течение 10 недель после вакцинации было официально подтверждено несколько сотен случаев тяжелых полиневритов, что в 5-6 раз превышало распространенность этого заболевания среди непривитых⁹⁴, а неофициальные сообщения предполагали куда большее число подобных осложнений. Как всегда, быстро появились авторитетные исследования, опровергающие какую бы то ни было причинную связь с вакциной, однако большое количество судебных дел было втихую улажено производителем вакцины.

Тем не менее, ежегодная прививка от гриппа оставалась популярным ритуалом среди докторов и их пожилых пациентов, и ее продолжали активно продвигать. Но, как и в случае с пневмококком, сложности с объявлением этой прививки обязательной вынудили производителей ждать до эпохи Клинтона, когда вакцинация стала казаться последним средством решения тех проблем здравоохранения, которые представлялись чрезвычайно сложными и не поддающимися решению другими способами, такие как заболевания среднего уха, эпидемии гриппа и СПИД.

Основываясь на примере вакцины от ветряной оспы и исключительно экономических доводах в ее пользу, уважаемая и влиятельная Американская академия семейных врачей выступила инициатором рекомендации ежегодной прививки от гриппа всем в возрасте 50 лет и старше⁹⁵. В интервью "Новостям семейной практики" д-р Х. Ф. Янг, директор по научным вопросам этой Академии, настаивал на значительной экономической выгоде от предотвращения пропуска работы по болезни⁹⁶, в то время как д-р Грегори Полэнд из Национальной коалиции по вопросам иммунизации взрослых ссылался на возрастающий риск осложнений от гриппа в этой возрастной группе благодаря таким факторам, как сердечные заболевания, эмфизема, рак и диабет⁹⁷.

Экономические аргументы вскоре повторились в призывах ежегодно прививать всех школьников, что, согласно исследованию 1999 г., позволило бы сэкономить сотни миллионов долларов на потерянных зарплатах и привело бы к исчезновению основного источника вирусов⁹⁸. Не встретив никакого реального сопротивления, эта программа была в конце концов распространена на работающую молодежь⁹⁹ и даже на беременных женщин, с тем, чтобы защитить новорожденных от респираторно-синцитиальных вирусов и бронхиолита, если верить одному из ученых Центра контроля заболеваний с очень богатым воображением¹⁰⁰. Как и вакцину от пневмококка, вакцину от гриппа явно скоро включат в число обязательных ежегодных прививок, без какого-либо рассмотрения даже возможности наличия серьезных недостатков в этой идее.

Сибирская язва и биотерроризм

Обязательная для всех американских военнослужащих, находящихся на Ближнем Востоке со времени первой войны в Персидском заливе 1991 г., вакцина от сибирской язвы с самого начала вызывает много споров. Во-первых, было много теорий о ее возможной роли в возникновении "синдрома войны в Персидском заливе", ряда до сих пор не объясненных заболеваний, о которых сообщили многие ветераны, и значение которых принижали и скрывали обе администрации — как Клинтона, так и Буша. Как сообщалось в "Бостон глоуб", следующая история одного из таких ветеранов была типичной для многих:

Сержант Фрэнк Лэндри имеет серьезное заболевание грудной клетки. Он не может ездить на мотоцикле, подниматься по лестнице или играть со своими детьми. У него одышка, несмотря на лекарства; он вынужден спать на трех подушках и страдает от диареи и болей в животе. Хуже всего то, что он не знает, что с ним. Два года назад он отправился на службу в Персидский залив в качестве специалиста по ядерному, химическому и биологическому оружию, имея отличное здоровье, а вернулся отхаркивая слизь, страдая одышкой, которая не позволила ему продолжать работу, и потеряв в весе 22 фунта. Лэндри один из многих ветеранов войны в Персидском заливе, кто страдает от загадочных нарушений, таких как боли в суставах, выпадение волос, поражения кожи, кровоточащие десны, астма и расстройства пищеварительной системы. Они не знают, что послужило причиной этих болезней, но Лэндри уверен, что это реакция на вакцину от сибирской язвы. Ранее у него никогда не было проблем с легкими, но в течение часа после того, как он получил прививку, у него началась одышка и ощущение, как будто его легкие заполнены водой. С тех пор он никогда больше не чувствовал себя хорошо.

Он не может работать и получает купоны на еду на 1000 долларов в месяц и помощь от организации "Поддержка нуждающихся детей", поскольку у него двое детей; его жена страдает от болей в спине и они уже продали бóльшую часть своей собственности. Между тем, правительство отрицает наличие проблем и объявило его годным к службе. Несмотря на то, что с ним случилось, он не обвиняет армию. Он нанимался на службу, зная о возможных рисках: "Они дали мне жизнь и образование. Я был неграмотен, и получил свой диплом о среднем образовании только потому, что не мог продвигаться по службе без него". Не было поставлено никакого диагноза. Все, что он знает, это то, что он не может дышать, не может работать и не может содержать свою семью. А ему всего лишь 29 лет¹⁰¹.

Недавнее исследование показало, что более чем 230 тыс. человек из 600 тыс. контингента, принимавших участие в войне в Персидском заливе, обращались за медицинской помощью, и что 185 тыс. в результате заболеваний оказались нетрудоспособными. Это шокирующе высокий процент, при этом почти 10 тыс. человек умерли. Никакого официального объяснения их болезней так и не было предложено¹⁰².

Так дела обстояли до конца 1990-х годов, когда администрация Клинтона потребовала в прививочном раже, чтобы весь состав вооруженных сил, независимо от того, несет человек действительную службу или находится в запасе, получил прививку от сибирской язвы. И вот тут хваленая армейская дисциплина начала трещать по швам. К 1999 г. несколько сотен офицеров и рядовых из всех родов войск предпочли позорное увольнение прививке, что неохотно было признано армейским руководством в истории, опубликованной в "Бостон глоуб":

В Мейне, городе, где он вырос, Зак Джонсон никогда не считался человеком, склонным к гражданскому неповиновению. Он был таким законопослушным и спокойным, что родители звали его "Господин Легко и Просто". Но 22-летний военно-морской летчик предстал перед трибуналом, потому что ни угроза биологического оружия, ни тюремный срок, ни даже потеря права на продолжение образования, которое он планировал использовать для поступления в колледж, не убедили его привиться от сибирской язвы. Прошлым месяцем в Калифорнии 10 морских пехотинцев предстали перед трибуналом по той же причине. Представитель армии утверждает, что более 300 тыс. военных получили по крайней мере одну прививку от сибирской язвы, и от 175 до 200 человек отказались, что слишком мало, чтобы повлиять на боеготовность войск. Но Марк Зейд, адвокат, представлявший интересы упомянутых 10 морских пехотинцев, заявил: "Некоторые из подразделений ВВС Национальной гвардии потеряли треть своего летного состава и не могут быть развернуты". Он оценивает количество отказников в 300–500 человек"¹⁰³.

В истории на ту же тему, опубликованной в "Нью-Йорк Таймс", Главный хирург армии подтвердил серьезность этой проблемы:

Блестящая карьера Джеффри Беттендорфа в рядах вооруженных сил внезапно оборвалась в в среду. Заслуженный летчик с незапятнанной репутацией был с позором уволен из армии за отказ прививаться от сибирской язвы, поскольку он уверен, что Пентагон никогда не предоставлял доказательств безопасности или эффективности этой вакцины. Столкнувшись с растущим числом случаев неповиновения, Пентагон увольнял их, как не имеющих существенного влияния на боеспособность армии, но перестал вести счет отказникам. "Все это говорит о скрытом недоверии правительству и военному руководству, — заявил Главный хирург армии генерал-лейтенант Рональд Бланк, который осуществляет контроль за программой вакцинации от сибирской язвы. — У нас проблема доверия".

Особенно сильно эта проблема ударила по Корпусу морской пехоты. Отказники отмечают, что не существует способа проверить вакцину на эффективность против того штамма сибирской язвы, который используется в биологическом оружии, и они недовольны отсутствием дальнейшего наблюдения за теми, кто получил прививку в течение войны в Персидском заливе. Они также указывают на два отчета Управления контроля пищевых продуктов и лекарств, в которых критикуется производитель вакцины, государственное предприятие "Мичиган Байолоджик", которое в прошлом году было продано частной компании "Байопорт". Спустя месяц эта компания получила контракт стоимостью в 29 млн долларов на производство вакцины для Пентагона, который настаивает, что программа вакцинации эффективна и безопасна.

Но этих заверений оказалось недостаточно для младшего капрала морской пехоты Джейсона Остина, который прочитал, что вакцина может привести к бесплодию, и отказался от прививки вместе с еще четырьмя военнослужащими из его противотанкового ракетного взвода. Сейчас он находится под трибуналом. Несмотря на небольшое число отказников, они могут навредить боеготовности своих подразделений, особенно в запасе и в Национальной гвардии, которым проще подать в отставку, нежели тем, кто находится на действительной службе. В январе 9 пилотов A-10 Воздушной Национальной гвардии Коннектикута, четверть эскадрильи, предпочли увольнение вакцинации. На военно-воздушной базе Тревис в Калифорнии, где служил Беттендорф, 11 из 40 пилотов запаса в его эскадрилье отказались от прививки, оставив подразделение неукомплектованным накануне отправки в Персидский залив¹⁰⁴.

По мере распространения новостей об этих отказах и дисциплинарных мерах, высшие офицерские чины столкнулись с беспокойством со стороны мужчин и женщин, находящихся под их началом. Назначенный командиром одной из боевых эскадрилий F-16 подполковник Томас Химстра, имеющий награды боевой ветеран с 20-летним стажем, решил провести собственное независимое расследование эффективности и безопасности вакцины. Он был просто возмущен, обнаружив, сколь многое приходится терпеть личному составу вооруженных сил, включая неуважение, насмешки и неадекватное медицинское обслуживание. Как сказано в его книге, подполковник Химстра пригласил д-ра Мерил Несс, правительственного консультанта, которая ранее высказывала серьезные сомнения по поводу вакцины, выступить перед его пилотами¹⁰⁵. Включив в свое выступление сообщения, полученные непосредственно от трех военнослужащих Национальной гвардии штата Мичиган, которые потеряли трудоспособность в результате вакцинации и подверглись грубому обращению со стороны своих командиров, она убедила все 20 пилотов, присутствовавших на лекции, отказаться от прививки. В результате все они были уволены со службы за недостойное поведение, включая самого подполковника¹⁰⁶. Та же судьба постигла майора Сонни Бейтса, другого неоднократно награжденного боевого пилота с богатым опытом, который позже свидетельствовал перед конгрессом США о большом количестве разнообразных аутоиммунных заболеваний, наблюдаемых у военнослужащих, которые получили прививку¹⁰⁷.

Скандал распространялся в рядах вооруженных сил, а исследователи обнаружили, что в крови многих пациентов, страдающих от синдрома войны в Персидском заливе и от аутоиммунных заболеваний вследствие прививки от сибирской язвы, присутствуют антитела к сквалену. Сквален — жирорастворимая субстанция, которую компания "Байопорт" до сих пор использует в вакцине как экспериментальный адъювант, несмотря на строгие предупреждения Управления контроля пищевых продуктов и лекарств и официальные заверения Пентагона, что они прекратили эту практику¹⁰⁸. Частью для того, чтобы уменьшить негативные отзывы в прессе, адмирал Вильям Кроу, бывший председатель Объединенного комитета начальников штабов, был введен в Совет директоров компании "Байопорт" с 13% долей в прибылях компании в обмен на благословение контракта на производство вакцины¹⁰⁹. По иронии судьбы, в прошлом он был посредником при продаже Саддаму Хусейну спецагентом президента Рейгана Дональдом Рамсфилдом используемых в биологическом оружии штаммов сибирской язвы для дальнейшего применения против иранцев и курдов¹¹⁰.

Спустя всего несколько недель после атаки 11 сентября 2001 г. и официального объявления войны терроризму во всем мире администрацией Буша, споры оружейного штамма сибирской язвы проделали свой путь по почте в офисы лидеров демократической фракции Конгресса и студию новостей канала "Си-Би-Эс", что закончилось 22 случаями кожной и легочной сибирской язвы и пятью смертями. Хотя организаторы этого преступления до сих пор не установлены и результаты тщательного общефедерального расследования никогда не были опубликованы, просочилась информация, что материал был произведен в лабораториях биологического оружия армии США. Страна в это время пребывала в панике от осознания, что даже столь минимальные количества могут заражать и убивать людей, и что правительство, в сущности, бессильно остановить широкомасштабные биологические атаки решительного врага. Эти страхи старательно культивировались Белым домом с тем, чтобы получить общественную поддержку для Патриотического акта, и уже была создана многочисленная бюрократия Национальной безопасности, чтобы воплотить намеченное в жизнь. Но мечты о поголовной вакцинации всего населения воскресили в памяти запашок кровосмесительных отношений армии с компанией "Байопорт" и зловещие свидетельства о роли вакцины в возникновении синдрома войны в Персидском заливе, и в жизнь планы так и не были претворены.

После 11 сентября неудачная кампания по вакцинации всех от натуральной оспы оказалась еще более разоблачительной. Пережив трагедию, среди суматохи и героизма, проявленного на Граунд Зиро на Манхэттене, вся страна начала более серьезно относиться к возможности и даже вероятности нападения с использованием ядерного, химического и биологического оружия. Поскольку сибирская язва не передается от человека к человеку, каждый, предназначенный в жертву, должен быть заражен индивидуально, должен состояться прямой физический контакт со спорами болезни; следовательно, ее распространение ограничено населением большого города. С другой стороны, натуральная оспа вызывает глубокий мистический и исторический страх перед чумой и мором, поскольку она чрезвычайно заразна и способна распространяться на большие расстояния от первоначального источника. Поэтому многие официальные лица лелеяли мысль о новом введении в использование вакцины с коровьей оспой, изначальной вакцины, которая использовалась в течение 200 лет и действительно стерла натуральную оспу с лица земли^110a. В то время как администрация Белого дома настаивала на увеличении производства вакцины, а Джордж Буш был снят закатывающим рукав перед уколом, общественность отнеслась к этой идее на удивление прохладно. Даже когда урезанный план охвата объявили необязательным и предложили сделать прививку врачам, медсестрам, пожарным и другому персоналу, функционирующему в чрезвычайных условиях, лишь немногие из них согласились¹¹¹, а предсказанные неблагоприятные реакции были широко освещены в прессе¹¹².

Зная о практически всеобщей склонности людей игнорировать или не обращать внимания на неблагоприятные эффекты вакцинации не только наших детей, но и вообще всех подряд, от других болезней, серьезных и несерьезных, эти неожиданные беспокойство и страх по отношению к вакцине, которая казалась столь привычной и эффективной, просто потрясли меня. Как те же самые люди могут после этого продолжать делать ежегодные прививки от гриппа и безропотно таскать своих детей с непрекращающимися болезнями по врачам — это одна из величайших загадок нашего времени.

Как бы там ни было, в таком подходе много здравого смысла, так как он означает, что либо реальная угроза осложнений на прививку ощущается как более серьезная, нежели гипотетическая угроза заболевания, либо общественность просто не верит, что какая-либо вакцина способна отвратить решительного врага от намерения причинить нам вред. С моей точки зрения, приемлемы оба суждения. Ларри Бриллиэнт, опытный эпидемиолог, в свое время работавший в ВОЗ, сформулировал это лучше, чем кто-либо другой:

Если у Саддама есть вирус натуральный оспы, он вполне может применить его, чувствуя, что смерть близка. Но он также способен изменить этот вирус таким образом, чтобы он оказался сильнее вакцинного. Зачем ему использовать вирус, от которого у нас есть вакцина? Это не имеет смысла. А если этот вирус есть у Аль-Кайды, то я также не верю, что они используют его. Они хотят победы для людей, культуры, религии. Натуральная оспа это настоящий бумеранг. Если освободить этот вирус в аэропорту "О'Хейр" в Чикаго, то всего лишь через несколько дней он окажется в Мекке и Медине. Это не оружие для войны, если только кто-то не хочет уничтожить обе цивилизации¹¹³.

Профессор Дэвид Роснер из Колумбийского университета приводит еще один аргумент в пользу такого вывода:

Натуральная оспа — единственное заболевание, которое было искоренено благодаря человеческому вмешательству. Однако мы видим в ней способ изобрести новое и лучшее оружие массового уничтожения. И США, и Россия держали вирус в своих хранилищах в ожидании возможности терроризировать мир. И те, и другие генетическим путем изменили вирус, сделав его устойчивым к вакцине, которая уничтожила болезнь. Даже если натуральная оспа может быть использована как оружие, страх перед ней уже выступает инструментом для фундаментальных изменений в системе здравоохранения. Вполне бытовая, но необходимая деятельность по очищению воды, чтобы ее можно было пить, воздуха, чтобы им можно было дышать, проверке продуктов, чтобы они не оказались испорченными — все это ныне приносится в жертву страху перед натуральной оспой, который подыгрывает Бушу в его планах милитаризации общественного здравоохранения¹¹⁴.

5. Смысл политики в области здравоохранения

В заключение я представлю более широкий, более полный обзор темы, который я набросал с тем, чтобы определить некоторые основные направления нашей нынешней политики вакцинации, исправить некоторые несоответствия и разрешить некоторые противоречия и их последствия.

Чем больше, тем лучше

Порядок, каким вакцины, изначально предназначенные для ограниченных целей или определенной группы населения, постепенно начинают занимать все больший и больший сектор рынка, закономерно увенчивается вожделенным правительственным распоряжением, обязывающим прививать этой вакциной всех. Как мы видим, подобная универсальность предполагает глубоко укоренившуюся веру, что вакцины по сути своей являются благом и ни в каком отношении не представляют серьезного риска для общественного здоровья. В этих условиях представляется приемлемым продвигать все вакцины к наиболее широкому применению и достигать максимального охвата каждой новой обязательной прививкой.

Печатая статьи в медицинским журналах и новостных бюллетенях, видные сторонники прививок регулярно призывают врачей увеличивать уровень охвата прививками, предлагая практические советы, как преодолеть сопротивление пациентов и снизить риск и противопоказания, о которых постоянно беспокоятся родители и которые все еще встречаются в медицинской литературе. Частично благодаря бодрым заверениям, частично благодаря уровням продаж, подобные мотивированные усилия приводят к желаемому эффекту не только в строго определенных детских, но также и в других возрастных группах.

В статье "Иммунизация взрослых: как мы это делаем" (своего рода классика жанра) ведущий специалист по инфекционным болезням подсчитал, сколько жизней могла бы сохранить вакцинация взрослых, если бы ее проводили с тем же усердием и тщанием, какие мы даруем детям:

Можно было бы сохранить ежегодно 30 тысяч жизней, если бы выполнялись рекомендации по иммунизации взрослых. От 50 до 70 тысяч взрослых умирают каждый год от гриппа, пневмококковых инфекций и гепатита В. Это количество превышает число погибших в автомобильных катастрофах и намного превосходит смертность от этих болезней в детском возрасте. Тех, кому вакцинация противопоказана, гораздо меньше, чем тех, кого не прививают из-за следующих причин, часто принимаемых за противопоказания, но таковыми не являющихся:

1) местные реакции на предыдущую вакцинацию с температурой ниже 40⁰С; 2) мягкое течение острого заболевания с повышением температуры или без; 3) лечение антибиотиками или процесс выздоровления от недавней болезни; 4) домашний контакт с беременной женщиной; 5) недавний контакт с возбудителями инфекционной болезни; 6) кормление грудью; 7) наличие в семейной истории аллергий, неблагоприятных реакций или судорог¹¹⁵.

В другой статье та же озабоченность высказывается в отношении подростков и молодежи, так как обеими возрастными группами пренебрегают, бросив все силы на младенцев и детей младшего возраста:

Программы вакцинации, нацеленные на младенцев и детей, снизили заболеваемость многими болезнями, от которых есть вакцины. Но многих подростков и молодых людей до сих пор атакуют гепатит В, ветряная оспа, корь и краснуха, поскольку наши программы вакцинации не направлены на эти возрастные группы. Все непривитые или частично привитые должны быть дополнительно привиты вакцинами MMR, DT, от гепатита В, ветряной оспы и пневмококка. Вакцинация от гриппа и гепатита А должна быть предложена всем находящимся в группах риска¹¹⁶.

Наиболее убедительным доказательством универсальности концепции вакцинации является ее распространение на беременных женщин, которые всегда считались не подлежащими вакцинации в виду беспокойства за безопасность их еще не рожденных детей. Новые повелительные заявления объявляют эти представления устаревшими:

Уровень охвата взрослых вакцинацией упал ниже требуемого из-за неправильного представления о безопасности и эффективности вакцин. Это опасное снижение уровня охвата особенно часто наблюдается среди беременных женщин, поскольку врачи неохотно предлагают таким пациенткам прививки, а пациентки, в свою очередь, неохотно на них соглашаются. Обычные прививки, которые можно без опаски делать в течение беременности, включают вакцины DT, от гриппа и гепатита В. Вакцины от менингококка и бешенства обсуждаются. Противопоказаны MMR, вакцина от ветряной оспы и БЦЖ. Остальные вакцины недостаточно изучены и вопрос об их применении должен решаться индивидуально. Но неосторожное применение любой из этих вакцин не является основанием для прекращения вакцинации¹¹⁷.

Как ни странно, но уже ни у кого не вызывает сомнений тот факт, что обязательные программы вакцинации детей не только достигают, но и часто превосходят изначально поставленные цели. Согласно Национальному обзору по иммунизации Центра контроля заболеваний, все планы по охвату рекомендуемыми прививками были выполнены или перевыполнены к 1995 г.:

95% детей в возрасте от 19 до 35 месяцев получили как минимум 3 дозы вакцины DPT; 92% получили по меньшей мере 3 дозы вакцины HiB; 90% получили вакцину MMR; 88% получили прививку от полиомиелита и 68% получили прививку от гепатита В. Фактически, уровень охвата, планируемый на 1996 г., был достигнут уже в 1995 г.¹¹⁸

Даже в Калифорнии, где альтернативная медицина пользуется большой популярностью и процветающие врачи других направлений открыто подвергают сомнению традиционную медицинскую практику, уровень охвата вакцинацией достиг чрезвычайно высоких цифр. Это демонстрирует исследование Департамента здравоохранения штата за 2001 г.:

Департамент здравоохранения штата Калифорния изучил отчеты об иммунизации, проводимой в школах, по всем детям штата. Во время снижения охвата в 2000 г. отказ от вакцинации по личным убеждениям был зарегистрирован в 0,77% случаев или для 4000 детей из 526 000, посещающих детские сады. Для учащихся седьмых классов процент отказов был выше — возможно, из-за прививки от гепатита В. Из 500 000 таких учащихся у 1,3% был отказ по личным убеждениям¹¹⁹.

На самом деле такие уровни охвата далеко превосходят тот уровень, что необходим для предотвращения постоянных вспышек даже таких заразных болезней, как ветряная оспа и корь, поражающих почти 100% людей, которые столкнулись с ними в первый раз. Исследование 1000 случаев заболевания детей корью в городе Милуоки и его окрестностях показало, что

Нынешнее улучшение низких показателей охвата вакцинацией среди детей 2 лет дает существенную защиту от вспышек кори. Охват в 80% и менее может быть достаточным для предотвращения вспышек среди городского населения¹²⁰.

В то время как прививочные кампании молчаливо подразумевают, что можно и даже желательно вводить детям столько разных вакцин и в таком количестве, какое мы пожелаем, действительность, как мы видим, приводит нас к прямо противоположному выводу. Если у всех вакцин есть тенденция обострять, запускать и реактивировать какую-либо предрасположенность к хроническим заболеваниям, уже существующую в организме, тогда риск неблагоприятных реакций не может быть редким или случайным, но неразрывно связан с самим процессом и в действительности находится, я опасаюсь, в прямой зависимости от общего числа сделанных ребенку прививок.

То ли не зная о такой возможности, то ли просто не беспокоясь об этом, в январе 2004 г. Совещательный комитет по иммунизационной практике обновил рекомендуемую схему иммунизации детей и подростков:

Это означает 22 различные прививки для каждого ребенка в течение первых 2 лет жизни, многие из этих прививок делаются вакцинами с двумя и более компонентами. И это только начало. Для возрастной группы от 2 до 18 лет:

Это еще 25 обязательных или рекомендованных прививок в период от 2 до 18 лет, в общей сложности получается почти 50 прививок к тому времени, когда они будут поступать в колледж, и это не упоминая о каких-нибудь новых вакцинах, которые еще приготовят для них в будущем. Более того — став молодыми людьми, они как раз подойдут к возрасту следующей серии бустерных прививок, которые будут сопровождать их до самой старости. Таким образом, медленно и неумолимо, будучи всего лишь вопросом политики, без какого-либо реального основания в области общественного здоровья, вакцинация становится нормальным, приемлемым способом снизить заболеваемость любой известной острой инфекционной болезнью, часто лишь для того, чтобы сэкономить деньги или время продуктивной работы. Это та стратегия, которая касается каждого человека во всех возрастных группах и неизбежно влечет за собой повторные прививки в течение всей жизни.

Для того, чтобы остановить эту всесокрушающую силу, я расставил бы приоритеты и сократил бремя прививок, которое сейчас несет на себе наше население, особенно младенцы и дети младшего возраста. С моей точки зрения, это следует сделать в первую очередь путем переноса начала вакцинации на как можно более поздний возраст, по крайней мере 2-х (а в идеале 3-х) лет, чтобы дать юной иммунной системе возможность развиваться здоровым и естественным путем, обучаясь, как преодолевать высокую температуру и другие интенсивные острые реакции организма на инфекции, прежде чем перепрограммировать эту систему на хронические реакции.

Во-вторых, мы должны провести ясное различие между болезнями. Есть болезни, которые представляют собой явную и реальную угрозу жизни, такие как дифтерия, столбняк и полиомиелит. Есть болезни, которые возникают в результате деятельности микроорганизмов, постоянно присутствующих в нашей микрофлоре, такие как гемофильная инфекция и пневмококк. А есть и такие, которые причиняют всего лишь некоторое неудобство, и мы прививаемся от них по экономическим или политическим причинам, такие как грипп, корь–краснуха–свинка и ветряная оспа. И еще одна категория болезней — те, на которые мы не можем повлиять никаким другим способом, это гепатит В и в ближайшем будущем, без сомнения, СПИД.

Не будучи вызвана какой бы то ни было медицинской необходимостью, вакцина MMR представляет собой поистине вершину пиара. История этой вакцины показала, что вакцинация может работать как стратегия: вакцина практически уничтожила три широко распространенные острые инфекции, продемонстрировав тем самым обоснованность своего существования. Тем не менее, совершенно непродуктивно навязывать эту вакцину такой нации, как наша, которая в течение многовековой адаптации смягчила вирусы, превратив эти инфекции в обычные детские болезни, так что для большинства детей, имеющих достаточно хорошее здоровье, значительная польза состоит в том, чтобы переболеть этими болезнями.

В индустриальных странах, таких как Соединенные Штаты, рекомендованная вакцинация всех детей может иметь некоторый смысл в отношении дифтерии, столбняка и полиомиелита. Остальные прививки должны делаться только тем, кому они требуются. Что касается коклюша, то я не могу поддержать всеобщую вакцинацию от этой болезни до тех пор, пока не будет разработана вакцина гораздо более безопасная, чем все те, которые мы имеем сейчас. Поскольку аргументом для вакцинации от коклюша является главным образом опасность этой болезни для младенцев (до 6 месяцев), то обходясь без этой вакцины, мы сможем делать прививки DT и от полиомиелита позднее. По моему мнению, массовое использование вакцин от ветряной оспы и гепатита В, а также вакцины MMR не имеет под собой разумных оснований, а потому эти вакцины не должны быть рекомендованы. Вакцинация всего населения в свете угрозы биотерроризма, как в случае с сибирской язвой и натуральной оспой, во-первых, бесполезна, поскольку штаммы, используемые в биологическом оружии, устойчивы к вакцинным вирусам, а во-вторых, не нужна, поскольку вероятность подобного нападения исчезающе мала.

Таинство причастия современной медицины

Поскольку вакцинация всех подряд от всего подряд при каждом удобном случае в полной мере отвечает требованиям достижения максимальной прибыли производителей, агрессивные маркетинговые стратегии, описанные мной, не слишком отличаются от тех, которые проводят успешные предприятия для увеличения своей прибыли. Как мы видим, все эти эксклюзивные контракты с департаментами здравоохранения штатов, иностранными правительствами, федеральными и международными организациями, гарантирующие производителям сбыт миллионов доз вакцин по их собственной цене, наряду с известным навязыванием вакцин врачам и пациентам, которые с готовностью делают прививки, не представляют собой ничего загадочного или неизвестного. Это наш старый добрый капитализм, желающий прокатиться на дармовщину.

Провал вакцины от ротавируса случился исключительно из-за алчности. По счастью, вакцина никогда не была доступна бедным странам (где она только и могла принести какую-то пользу), поскольку ее цена в 30 долларов за дозу намного превосходила их возможности. В то же время правительство Соединенных Штатов, даже не пытаясь убедить производителей снизить цену, охотно обеспечило вакцине доступ на внутренний рынок. Таким же образом споры вокруг вакцины от сибирской язвы закончились скандалом, поскольку правительственная политика, обязывающая весь армейский состав прививаться этой вакциной, привела к слишком большому количеству несчастных случаев и увольнений, чтобы можно было и дальше скрывать низкое качество продукции компании и снисходительное отношение к этому Пентагона.

Таким образом, не сдерживаемая даже рыночными законами, поощряемая доходами за счет налогоплательщиков и благодаря союзникам в правительстве, штампующими разрешения, процветающая биотехнологическая промышленность способствует разрастанию этих проблем по экспоненте. Отрасль создает новые вакцины против любого желаемого вируса или бактерии так быстро, как только она может идентифицировать, выделить и вырастить нужную культуру, часто не имея для этого никакого основания, кроме своей технической способности сделать это. Короче говоря, мы можем ожидать обильного урожая новых вакцин в ближайшем будущем. Некоторые из них еще в проекте, другие уже разработаны и ждут лишь подходящей возможности и маркетинговой стратегии, чтобы начать выпуск:

Несмотря на то, что за последнее десятилетие заболеваемость снизилась, гепатит А все еще ответственен за почти 60% острых вирусных гепатитов в Соединенных Штатах. Представляется весьма плачевным, что подобные вспышки все еще случаются в одной из самых богатых стран мира, которая имеет высоко иммунногенную, безопасную и эффективную вакцину. Регулярная вакцинация в раннем детстве привела бы к значительному снижению заболеваемости в течение десятилетия. Не начиная такую программу иммунизации, мы упускаем хорошую возможность¹²³.

Однако какими бы распространенными они ни были, корпоративная алчность и мировые амбиции — это всего лишь наиболее известная и очевидная сторона дела. Подобная мотивация существует и во многих других отраслях промышленности. В значительной степени, если не считать это вообще отличительным признаком, вакцины по сравнению со всеми остальными производствами поистине благословенны и даже священны, поскольку на подсознательном, где-то даже мистическом уровне они воспринимаются как истинная панацея для системы здравоохранения, которая практически во всех странах, похоже, испытывает серьезные проблемы и нуждается в приведении в боевую готовность.

Никакие чисто финансовые или коммерческие мотивы не могут объяснить то искреннее и практически всеобщее благоговение, с каким и врачи, и пациенты относятся к идее вакцинации. Эта идея не только не подвергается никаким серьезным сомнениям и проверкам, через которые обязано пройти любое научное открытие, но и малейший намек на неодобрение вакцинации воспринимается как предательство или святотатство. Эта идея даже вдохновляет врачей, применяющих вакцины, подвергать своих собственных детей дальнейшим экспериментам.

Полурелигиозные настроения такого рода очевидны в работе д-ра Пола Оффита, упоминавшегося выше консультанта компании "Мерк", который недавно объявил, что организм грудных детей способен вырабатывать гуморальный и клеточный иммунитет в ответ на введение многих вакцин одновременно, вплоть до 10 000 вакцин за раз, что сам доктор называет "заниженной оценкой"¹²⁴. С этой точки зрения, вопрос вакцинации должен рассматриваться также в мифологическом и религиозном контексте как своего рода крещение, посвящение в религию современной медицины¹²⁵. Какой бы из этих мотивов ни был ведущим в каждом конкретном случае, результат один и тот же: обязательная вакцинация доходит до праведного фанатизма, который часто призывают на помощь, чтобы оправдать разнообразные злоупотребления и посягательства на права родителей, детей и собственно общества в целом.

С 40-х годов и до правления Рейгана выполнение законов о вакцинации достигалось главным образом усиленным социальным давлением на врачей, руководство школ, друзей, соседей и родственников с тем, чтобы они в свою очередь всячески давили на родителей-отказников, чьи непривитые дети считались основным источником тех инфекций, которые были предметом обсуждения, и, соответственно, являли собой постоянную угрозу привитым детям и вообще всем вокруг. В середине 80-х годов, как мы видели, упрощенное объяснение необходимости вакцинации было полностью дискредитировано крупными вспышками кори среди населения с высоким уровнем охвата, когда подавляющее число заболеваний пришлось на привитых. Родителей заинтересовал вопрос, каким образом, если вакцина столь хороша, непривитые дети могут представлять угрозу для кого бы то ни было, кроме самих себя¹²⁶.

Во время правления Клинтона, когда стало множится число обязательных прививок и одновременно росло общественное сопротивление вакцинации, правительство и чиновники здравоохранения начали внедрять отслеживающую систему идентификации и наблюдения за несогласными родителями, основанную на правительственной компьютеризированной базе данных. Это вызвало повсеместное беспокойство и страх перед "Большим Братом", нарушающим неприкосновенность личной жизни, хотя официальные лица отрицали такое посягательство и заверяли в обратном:

Программы регистрации по иммунизации в населенных пунктах и штатах это компьютерные системы, которые содержат данные о детских прививках, средстве поддержания высокого уровня охвата. Там собираются сообщения из различных источников, обеспечиваются напоминания и готовятся официальные отчеты. Нерешенной проблемой остается баланс между необходимостью защищать право на неприкосновенность личной жизни и сбором и распространением информации для пользы общества и каждого отдельного человека. На данный момент из федеральных резервных фондов штатам и местным органам здравоохранения выделено 178 миллионов долларов для разработки таких программ"¹²⁷.

После дополнительного толчка, данного объявленной Бушем войной с терроризмом и созданием во имя этой войны ведомства Национальной безопасности, угроза наступления на гражданские права начала пугать известных профессиональных юристов и активистов здравоохранения по всей стране. Примером этого может служить следующий выпуск новостей, присланный мне по Интернету и содержащий в качестве источника только телефонный номер:

Юристы Центра контроля заболеваний продвигают законопроект, который приостанавливает действие гражданских прав в случае объявления чрезвычайной эпидемиологической ситуации. "Акт о полномочиях в чрезвычайной эпидемиологической ситуации" дает губернаторам и чиновникам здравоохранения право на арест, перемещение, помещение под карантин, лечение и вакцинацию любого, подозреваемого в носительстве потенциально инфекционного заболевания. Статья профессора Лоуренса Джостина из Джорджтауна, в которой он пытался соблюсти баланс между необходимостью контролировать болезни и соблюдать права человека, была удалена с веб-сайта "Бостон глоуб". Законопроект наделяет государственных чиновников здравоохранения диктаторскими полномочиями, при этом крайне ограничивая легальные возможности интернированных обратиться за помощью. Определение чрезвычайной эпидемиологической ситуации, данное в законопроекте, сугубо субъективно. С момента объявления такой ситуации, действие большинства гражданских свобод приостанавливается, а государство объявляется владельцем всей частной собственности. Лица, отказавшиеся подвергнуться медицинскому осмотру и сдаче анализов, объявляются правонарушителями, подлежащими суду, и должны быть изолированы. Если власти подозревают, что эти лица имели контакт с инфекционными заболеваниями или представляют угрозу для общественного здоровья, их могут содержать под арестом. Если произошло нападение с использованием биологического оружия или просто существует подозрение о таком нападении, тысячи людей могут отправить в лагеря, а врачей, при поддержке полиции, обязать проводить медицинские осмотры и делать анализы. Людей могут насильно прививать или лечить, а отказавшихся могут объявить преступниками и посадить под арест, изолировать или поместить в карантин, в то время как государство и чиновники здравоохранения не несут никакой ответственности за возможную смерть или вред здоровью задержанных или за причинение ущерба их имуществу¹²⁸.

Во многих судебных делах и слушаниях по разводу или по вопросам попечительства, которые становились мне известны, истцы, почти всегда муж или бывший муж, хотели получить или возвратить себе право реальной опеки над своими детьми на том основании, что его нынешняя или бывшая жена пренебрегала или была неспособна к несению родительских обязанностей, поскольку нарушала законы о вакцинации, даже если он молчаливо соглашался с ее позицией и не мог ее изменить за все то время, что они жили вместе¹²⁹.

Даже в Канаде, где вакцинация остается делом добровольным, но уважаема медицинским сообществом ничуть не меньше, Квебекская коллегия врачей отозвала лицензию д-ра Гилейн Ланкто — врача, решительно настроенного против профилактической вакцинации, всего лишь за поддержку ею идей, которые колегия нашла "унижающими честь и достоинство профессии врача" и за публичное распространение информации, которую коллегия объявила "неверной, вводящей в заблуждение, не соответствующей действительности и противоречащей общепринятой медицинской науке"¹³⁰.

Вакцинация также часто стоит за уголовными преследованиями некоторых родителей, обвиняемых в причинении вреда своему ребенку: "синдром ребенка, которого трясли" — форма энцефалопатии, побочный эффект повреждения мозга вследствие травмы. В одном из печально известных случаев в штате Флорида отец ребенка был приговорен к пожизненному заключению за убийство, отсидел 8 лет в тюрьме и был освобожден только когда доказали, что медицинское заключение, из-за которого он и был приговорен, было фальсифицировано в нескольких ключевых пунктах¹³¹. В то же время мое собственное исследование медицинских отчетов о состоянии ребенка, подтвержденных несколькими другими врачами, показало возможность энцефалопатической реакции на вакцину DPT, которую ребенок получил за несколько дней до происшествия.

Однако моим любимым примером сакральной власти вакцинации является добровольная и большей частью инстинктивная самоцензура СМИ в пользу вакцинации. СМИ практически никогда не распространяют утверждений, что вакцины действительно могут кому-нибудь навредить, и не высказывают собственного мнения. Особняком стоят те СМИ, которые издаются заинтересованными сторонами, такими как родители или медицинские эксперты. Единственным исключением из этого правила, которое я знаю, была статья в "Бостон глоуб", издании, лишь однажды позволившим себе вынуть кота из мешка:

ПРИВИВКА ОТПРАВИЛА АСПИНА В БОЛЬНИЦУ. Вчера министру обороны Лесу Аспину стало "определенно лучше", хотя он все еще остается в отделении интенсивной терапии Джорджтаунской университетской больницы из-за проблем с дыханием, вызванных обычной прививкой. Как заявил представитель министерства, "он определенно на пути к выздоровлению", но будет оставаться в больнице еще некоторое время для наблюдения, поскольку известно, что он имеет проблемы с сердцем и скоплением жидкости в легких. Он поступил в больницу с остановкой дыхания, усугубленной некоторыми проблемами с сердцем, заявил Пентагон. Министр заболел накануне, после того, как получил серию прививок в порядке подготовки к дальней поездке за океан¹³².

Хотя о госпитализации Аспина сообщалось в новостях еще в течение нескольких дней, больше не было никаких упоминаний о вакцинации, и у читателей, пропустивших первое сообщение, создавалось впечатление, что он страдает всего лишь из-за обострения уже существовавших у него проблем с сердцем, что тоже было правдой. Это великолепно иллюстрирует вопрос о невидимости, которая предоставила новый контекст и отправную точку для этой истории.

Чтобы развеять атмосферу безгрешности, которая освящает концепцию вакцинации и защищает ее от более тщательного исследования, достаточно показать, что вакцины отнюдь не являются панацеей для системы общественного здравоохранения. Они то, что они есть на самом деле — инструмент медицинской науки, который способен причинить вред в той же степени, в какой он способен приносить благо, как и все остальные лекарства и процедуры. И вакцины должны соответствовать тем же критериям безопасности и эффективности, для чего необходимо подвергать их тем же испытаниям и проверкам, оживленной критике и открытым обсуждениям.

Кто решает?

Мне всегда было интересно, кто же решает, что какая-то болезнь представляет столь серьезную и экстренную угрозу общественному здоровью, что каждый должен быть привит от нее, независимо от его желания. И хотя этого простого вопроса было бы достаточно, я хочу напомнить вам то, что мы уже в какой-то степени знаем: что обсуждения этих важных вопросов неизменно происходят за закрытыми дверями без какого-либо допуска или контроля общественности. Та картина, которая немедленно приходит на ум, не так уж далека от истины: есть правительственная комната для совещаний, где чиновники Центра контроля заболеваний, Управления контроля пищевых продуктов и лекарств и Американской академии педиатрии заседают непосредственно вместе с производителями вакцин, решая, какая вакцина будет рекомендована или объявлена обязательной следующей, и разрабатывая подходящую маркетинговую стратегию для продвижения этой вакцины. Каким бы ни был результат такой встречи, вряд ли можно ожидать, что эта компания старых добрых приятелей не одобрит какую-либо вакцину.

Я легко могу представить себе действительно чрезвычайную ситуацию, когда ради общественного блага требуется принять незамедлительные меры, которые сознательные люди могут и не одобрить. Но это не тот случай. Благодаря или вопреки вакцинации, которая была обязательна в прошлом, или по каким-то совершенно другим причинам, но ни одна из болезней, от которых есть вакцины, не представляет сейчас угрозы здоровью нации. И большинство существующих вакцин применяются, как мы видели, в основном из политических соображений, будь то экономия рабочих дней, попытка добраться до тех групп населения, которых иначе не достать, стремление искоренить болезнь, которая была проблемой в прошлом, или просто желание производителей заработать много денег.

Как и многие другие врачи, я уверен, что это и неразумно, и незаконно приватизировать нашу систему здравоохранения до такой степени, что решения в сфере общественных интересов, неомненно влияющие на здоровье и самочувствие каждого человека, отдаются на откуп частным компаниям, которые в первую очередь нацелены на извлечение прибыли. В соответствии с законами всех цивилизованных стран, я считаю право на здоровье основным человеческим правом, которым обладают все, а не только привилегией избранных, способных заплатить любую запрашиваемую производителем цену, как на этом непреклонно настаивают президент и конгресс. Вопрос вакцинации слишком важен, чтобы решать его в задних комнатах за закрытыми дверями. Он должен быть открыт для общественного обсуждения на всех уровнях.

Я не считаю и никогда не утверждал, что все вакцины исключительно вредны или плохи и их надо избегать при любых обстоятельствах. Во всех своих работах я всего лишь пытаюсь показать, что существуют значительные недостатки в схеме их использования, и это должно быть открыто признано, тщательно изучено и учитываться во всех будущих обсуждениях вакцин. С этой целью я призываю придерживаться позиции на основе свободного выбора, когда при прочих равных обстоятельствах и в отсутствие какой-либо настоятельной необходимости для общественного здоровья свободное и информированное решение о том, какую прививку делать ребенку (если делать ее вообще) должно оставаться за родителями.

Более полная модель биомедицинских исследований

Разработка адекватной политики в области вакцинации потребует также более широких исследований неблагоприятных реакций и механизма действия вакцин, чем все до сих пор предпринятые. Чтобы достичь этого, необходимо выработать новый, радикально иной подход к этим исследованиям. В первую очередь необходимо взглянуть на них вне узких рамок ныне существующих исследований, которые фокусируются на снижении количества случаев типичных острых проявлений болезни и титре специфических антител. Это единственные доступные нам на данный момент критерии "эффективности" вакцин, и оба они, как мы видим, весьма слабо связаны с истинным иммунитетом.

Во-вторых, определяя все неблагоприятные реакции и оценивая безопасность вакцин, мы должны научиться распознавать их неспецифичное влияние. Для того чтобы сделать этот феномен видимым, достаточно будет трех серьезных изменений в методологии исследований. Для начала необходимо исследовать весь ряд неблагоприятных реакций для каждой вакцины и комбинаций вакцин, включая все органы и ткани человеческого тела. Также необходима более полная оценка здоровья и функционирования человека, то есть изучение неврологического развития, обучаемости, сенсорно-моторного развития, умственной и эмоциональной зрелости и наличия других заболеваний и их влияния на здоровье индивида. Подобное исследование должно проводиться достаточно долгое время, чтобы обнаружить серьезные хронические нарушения, то есть длиться годами или десятилетиями.

И наконец, общее состояние здоровья детей, получивших вакцины, должно сравниваться с общим состоянием здоровья тех детей, которые вакцин не получали. Это очевидное требование, которое подразумевает специальное направление по поиску непривитых детей. Вовсе не являясь "источником заразы", как часто полагают, эта контрольная группа, наряду с их родителями, выбравшими отказ от вакцинации, должна быть найдена и защищена как наша последняя, единственная надежда на проведение подобных исследований. По иронии судьбы, общество в целом и даже родители привитых детей должны быть чрезвычайно признательны этим детям и их родителям.

Из-за обилия различных вакцин и их комбинаций, на данный момент не представляется возможным провести изучение каждой вакцины в отдельности. Поэтому я предлагаю начать с наиболее простого исследования — сравнения общего здоровья детей, привитых согласно официальной схеме иммунизации, с состоянием здоровья детей 3-х лет, привитых по минимуму, то есть только от столбняка и полиомиелита (по отдельности), и детей, не привитых совсем. Если то, о чем я говорил, окажется правдой, чего я опасаюсь, то малопривитые и непривитые дети окажутся существенно здоровее, они будут свободны от хронических заболеваний, с более живым умом и более стабильным эмоциональным состоянием, нежели полностью привитые. Они окажутся более успешными в школе, с меньшим числом пропусков занятий, с лучшими результатами тестов и так далее. Таково мое предсказание и мое глубочайшее беспокойство. Если кто-то может доказать мою неправоту, то пусть он выйдет вперед, и я поблагодарю его от всего сердца.

Законы о вакцинации и возможности отказа

Для достижения даже этих скромных изменений необходимо также пересмотреть наши законы о вакцинации и доступные возможности отказа. Согласно федеральной конституции, оставляющей на усмотрение штатов все вопросы, которые не находятся в исключительной компетенции федерального правительства, вакцинация и медицинская практика регулируются в основном законами штатов, каждый из которых имеет свои значительные местные и региональные отличия. Что касается обязательной вакцинации, то в каждом штате предусмотрены возможные отказы от вакцинации, основанные на рекомендациях педиатров или других лицензированных врачей, но они всякий раз относятся только к какой-то одной вакцине, на основании только какой-то одной доказанной неблагоприятной реакции на эту вакцину и должны регулярно обновляться, иногда даже ежегодно. Из-за этих ограничений моим пациентам крайне редко удается получить медицинские отводы от вакцинации на основании их самочувствия, а даже если удается, то, как мы видим, они далеко не всегда принимаются во внимание.

Почти половина всех штатов также предусматривают так называемый отказ по "религиозным или философским" убеждениям, основанный на принадлежности к какой-либо церкви или вероисповеданию, которые известны как противники вакцинации, такие как Христианская наука или Свидетели Иеговы. Или, в наиболее широкой интерпретации, просто глубокое "философское" убеждение в неприемлемости вакцинации. В штате Массачусетс, где я практикую, в законе прописано более узкое слово "религиозный", однако суды интерпретируют это понятие очень свободно, расширяя его до чисто личностной сферы ценностных установок самого человека.

Отказ по религиозным убеждениям, куда более близкий к истинным убеждениям, установкам и тем особым обстоятельствам, с которыми я обычно сталкиваюсь в своей практике, большей частью принимается, когда бы мои пациенты ни объявили о нем, но серьезные трудности все равно остаются, поскольку такой отказ неконкретен. Даже в самом широком понимании, отказ по религиозным или философским убеждениям является абсолютным, подразумевая полный отказ от вакцинации как таковой. Он разработан с тем, чтобы приспособить догматическую систему верований по образцу "полного отказа" или "сознательного отказника". Другими словами, закон защищает право гражданина иметь убеждения, отличные от общепринятых, будучи при этом равно жестким и негибким. Это не позволяет родителям принять осознанные медицинские решения, такие как предпочтение одних вакцин другим. В то время как эта позиция "выбора родителей" уважается широко мыслящими врачами, медсестрами и школьными руководителями в некоторых регионах, этого выражения все еще нет в письменном виде в законах штатов, и законопроекты, предлагающие подобные изменения, все еще отвергаются законодателями штатов, хотя с каждым годом голосующих "против" становится все меньше и меньше.

Хотя биотехнологическая промышленность продолжает выпекать как блины все новые вакцины без какого-либо предела или ограничения, и хотя новое и все более широкое применение постоянно находится и для старых вакцин, широко распространенное убеждение, что общее число прививок действительно представляет собой проблему, дает лучшую гарантию, что в конечном итоге выборочная вакцинация или позиция "выбора родителей" станет преобладающей. В качестве основной стратегии, предусматривающей обход даже этих скромных ограничений их прибылей, производители вакцин заняты разработкой одной вакцины, в которой содержалось бы дюжина или даже больше компонентов и которую можно было вкалывать (или проглатывать, или даже вдыхать) одной процедурой, редко повторяемой. Таким образом, они рассчитывают на меньшую волну протестов.

Анализ "затраты–выгода" и совокупные расходы

Имея все это в виду, я хочу рассмотреть основной аргумент адвокатов обязательной вакцинации, который их критики пока не принимают во внимание, а именно предполагаемый эффект вакцинации в снижении совокупных расходов на здравоохранение. Как мы видели, эта аргументация достигла своего пика в период правления Клинтона. Позаимствовав вновь ставший популярным "анализ "затраты-выгода" у экономистов, которые использовали его для распределения федерального бюджета по графам расходов, адвокаты вакцинации во-первых подсчитали количество новых случаев острых заболеваний, которое ожидалось среди непривитого населения; во-вторых, умножили это количество на стоимость лечения каждого случая, включая посещение доктора, больничные счета и потерянное рабочее время, чтобы получить общую сумму, сэкономленную здравоохранением, и в-третьих, разделили эту сумму на стоимость вакцинации, то есть на себестоимость одной дозы, умноженной на число данных доз, чтобы вычислить отношение дохода к издержкам.

В 1992 г., еще до того, как Клинтон стал президентом, д-р Джордж Питер из Брауна провел экономический анализ обязательной вакцинации, основанный на отношении дохода к издержкам:

Одним из важнейших достижений медицины в XX веке стала возможность контроля наиболее распространенных детских инфекционных болезней благодаря введению в практику высокоэффективных вакцин. За исключением очистки воды, никакое другое средство, даже антибиотики, не оказывало столь значительного эффекта на снижение смертности и прирост населения. В настоящее время, когда расходы на здравоохранение все возрастают, становится особенно важным тот факт, что эффективная вакцинация детей является серьезным экономическим фактором, и таким образом представляет собой рациональное использование ресурсов общества. Весьма благоприятное отношение дохода к издержкам — снижение издержек на лечение по отношению к стоимости вакцинации — подтверждено многими исследованиями, проведенными в Соединенных Штатах. Например, программа вакцинации вакциной MMR в 1983 г. привела к экономии почти в 1,4 миллиарда долларов в области расходов на лечение, дав отношение дохода к издержкам как 14,4:1. Согласно таким же расчетам, каждый доллар, потраченный на вакцину от коклюша, дает экономию в 2,10 долларов в сфере здравоохранения¹³³.

При том, что вскоре эти расчеты стали излюбленным аргументом в пользу вакцинации детей, одновременно помогающим заткнуть рот любой оппозиции, они постоянно игнорируют свирепствующую, но все еще практически невидимую эпидемию неспецифических реакций, которые я описал, включая ушные инфекции, астмы, экземы, аллергии, дефицит внимания, аутизм, аутоиммунные заболевания и весь ряд распространенных детских заболеваний, каждое из которых вносит свой собственный огромный вклад в те самые непомерные затраты, которые вакцинация вроде бы должна сократить. Для примера приведу исследование по детским ушным инфекциям, опубликованное в 1982 г, ровно за десять лет до анализа д-ра Питера:

Воспаление среднего уха является наиболее частым диагнозом, который ставят врачи, работающие с детьми. Подсчитано, что в Соединенных Штатах ежегодно тратится около 2 миллионов долларов на медикаментозное и хирургическое лечение этой болезни. Эти данные включают расходы для приблизительно 1 миллиона детей, которым были поставлены тимпаностомические трубки, и для более 600 тысяч детей, которые ежегодно подвергаются тонзилэктомии и удалению аденоидов, главным образом для предотвращения подобных инфекций¹³⁴.

Эти цифры были бы, конечно, гораздо выше, если бы их вычисляли во времена исследования проф. Питера, не говоря уже о сравнимых данных по астме, аутизму, аллергии и другим заболеваниям, которые мы обсуждаем. Все эти заболевания достигли поистине эпидемических показателей за 12 лет, начиная с 1992 г. Я никогда не утверждал, что исключительно вакцины ответственны за появление этих болезней, и я не могу подсчитать с какой-либо степенью точности процент от их медицинских и социальных издержек, относящихся к тем неблагоприятным реакциям, которые я описал. Но простого признания, что эти реакции происходят с той частотой, которую я наблюдал в своей практике, вместе с тем фактом, что прививки требуются для каждого ребенка, достаточно для того, чтобы установить, что этот скрытый фактор имеет огромное значение и что мы увидим серьезное отличие в отношении дохода к издержкам, как только учтем этот фактор.

Поэтому я предлагаю создать двухпартийную правительственную комиссию по изучению медицинских и социальных издержек наиболее распространенных детских болезней, с помощью медицинских экономистов, которых выбрала бы комиссия, и с пониманием, что заседания этой комиссии будут проводиться публично, а заключительный отчет будет включать широкий ряд свидетельств со стороны медицинского сообщества, сообщества здравоохранения и всех общественных сфер. В частности, комиссия должна будет: 1) подсчитать полную сумму медицинских и социальных издержек на распространенные проблемы, с которыми сталкиваются в своей практике практически все педиатры, такие как астма, экзема, аллергии, аутизм, ушные инфекции, пневмония, синуситы, дефицит внимания, проблемы в обучении, нарушения поведения и тому подобное; 2) попытаться выделить из общего числа случаев ту часть, которая может считаться обусловленной вакцинацией; 3) умножить первое на второе, чтобы получить реальную стоимость проведения детям всех рекомендуемых прививок по утвержденной схеме.

Если мы примем долю вакцин за 20% от общей стоимости издержек для каждой из этих болезней, что, боюсь, намного меньше реального значения, становится очевидным, что эти скрытые факторы на несколько порядков превышают любую мыслимую экономию, которую когда-либо объявляли даже самые отъявленные защитники вакцинации. Хотя я не готов биться о заклад, я утверждал бы, что вакцины фактически непомерно дороги на каждом уровне и несут на себе изрядную часть ответственности за взлетевшие расходы нынешнего кризиса здравоохранения в целом, по поводу которого правительственные чиновники, страховые компании и сами врачи лишь качают головами в смущении и недоверии. Короче говоря, вакцины обеспечивают роскошный пример того, что финансисты называет "скрытым центром стоимости".

Наконец, даже если программы вакцинации могли бы достичь поставленных перед ними целей, то сами эти цели могут иметь сомнительную ценность. Меткие слова Рене Дюбо сегодня звучат еще более пророчески

Вера в магическую силу лекарств часто притупляет критическое восприятие и временами походит на массовую истерию, которая одинаково охватывает как ученых, так и обычных граждан. Как и в прошлом, человечеству по-прежнему хочется чудес. Люди, не примкнувшие ни к одному из новейших культов, приходят к алтарю современной науки. Такая вера в волшебные лекарства — не новость. С ее помощью возродился дух древних мистерий, а врачи приобрели авторитет священников¹³⁵.

Идея уничтожения кори, полиомиелита и других болезней кажется нам столь привлекательной, потому что сила медицинской науки представляется нам технически способной сделать это: мы поклоняемся каждой победе биотехнологий над Природой, подобно тому, как бой быков знаменует собой триумф человеческого разума над грубым животным. При этом абсурдно предполагать, что даже если нам удастся уничтожить корь, полиомиелит и все остальные острые заболевания человечества, то мы станем от этого совершенно здоровыми, или что другие, может быть более опасные заболевания, не появятся вскоре, чтобы занять их место. С медицинской точки зрения не меньше, чем с экономической, обмен эпидемиологических болезней прошлого на вездесущие хронические болезни настоящего вряд ли выглядит хорошей сделкой — во всяком случае для индустриального мира, где заболеваемость большинством инфекционных заболеваний и так резко снижалась благодаря элементарным улучшениям в области гигиены, санитарии, качестве воды и воздуха и так далее.

В этом смысле квазирелигиозный пыл прививочного истеблишмента предлагает соответствующую метафору для приватизации и коммерциализации американской медицины в целом, с ее некритическим и идолопоклонническим отношением к биомедицинской науке и технологиям, ее идентификацией, отчуждением и модификацией каждой доступной функции жизни со священной двойной целью господства и прибыли. Глубоко материалистический и бесконечно опасный миф, что для болезней и всех остальных подлинных человеческих проблем могут быть найдены технические решения, кажется обольстительно привлекательным, поскольку обходит проблему исцеления, которое является подлинным чудом в том смысле, что требует искусства, заботы и индивидуального подхода, и вследствие этого всегда имеет шанс не случиться.

ПРИМЕЧАНИЯ

¹ Unpublished letter.
² Horton, R., "Vaccine Myths," in Health Wars, New York Review Books, 2003, pp. 207-208.
³ Ibid., p. 206.
⁴ Morbidity and Mortality Weekly Report in Journal of the AMA 260:198, April 8, 1988.
⁵ Unpublished letter.
⁶ Unpublished letter.
⁷ Coulter, H., and Fisher, B., DPT: a Shot in the Dark, Harcourt Brace Jovanovich, 1985.
⁸ Mortimer, E., et al., "The Risk of Seizures and Encephalopathy after Immunization with the DTP Vaccine," JAMA 263:1641, March 23, 1990.
⁹ Cherry, J., "Pertussis Vaccine Encephalopathy: It’s Time to Recognize It as the Myth That It Is," JAMA 263:1679, March 23, 1990.
¹⁰ "Update: Vaccine Side Effects, Adverse Reactions, Contraindications, and Precautions," Advisory Committee on Immunization Practices, MMWR 45:22, September 1996.
¹¹ Unpublished letter.
¹² Unpublished letter.
¹³ Scheibner, V., Vaccination: a Medical Assault on the Immune System, New Atlantean Press, 1993, pp. xiii-xv, passim.
¹⁴ Ibid.
¹⁵ Bernier, R., et al., "DTP Vaccination and Sudden Infant Deaths in Tennessee," Journal of Pediatrics 101:419, 1982.
¹⁶ Torch, W., "DPT Immunization: a Potential Cause of SIDS," Neurology 32:169, 1982.
¹⁷ Ibid.
¹⁸ Noble, G., et al., "Acellular and Whole-Cell Pertussis Vaccines in Japan," JAMA 257:1351, 1987.
¹⁹ Cherry, et al., Report of Task Force on Pertussis ands Pertussis Immunization, Pediatrics 81:939, Supplement, 1988.
²⁰ Noble, op. cit.
²¹ Wakefield, A., et al., "Measles Vaccine: a Risk Factor for Inflammatory Bowel Disease?" Lancet 345:1071, 1995.
²² Wakefield, et al., "Ileal-Lymphoid Nodular Hyperplasia, Nonspecific Colitis, and Pervasive Developmental Disorder in Children," Lancet 351:637, 1998.
²³ Ibid.
²⁴ Wakefield, "MMR, Enterocolitis, and Autism," Lecture, NVIC International Conference on Vaccination, November 2002.
²⁵ Ibid.
²⁶ Ibid.
²⁷ Megson, M., "Genetics, Vaccine Injury, and Getting Well," and Cave, S., "Vaccine Injury Therapy," NVIC Conference Presentations, November 2002.
²⁸ Family Practice News, May 15, 2000, p. 49.
²⁹ Ibid.
³⁰ Ibid.
³¹ ACIP Update, 1996, op. cit., pp. 7-8 passim.
³² Unpublished case.
³³ L. K. vs. Secretary of HHS, No. 99-624V.
³⁴ T. O. vs. Secretary of HHS, No. 99-635V.
³⁵ Mathieu, E., et al., "Cryoglobulinemia after Hep B Vaccination," Letter, New England Journal of Medicine 335:356, August 1, 1996.
³⁶ "Hepatitis B Vaccine," The Vaccine Reaction, NVIC Special Report, September 1998, p. 7.
³⁷ Ibid.
³⁸ Ibid.
³⁹ Ibid.
⁴⁰ Ibid.
⁴¹ Ibid.
⁴² Ibid., p. 9.
⁴³ Moskowitz, R., "The Case Against Immunizations," Journal of the American Institute of Homeopathy (JAIH) 76:7, March 1983, p. 13.
⁴⁴ Unpublished case.
⁴⁵ Moskowitz, Resonance: the Homeopathic Point of View, Xlibris, 2001, pp. 177-178.
⁴⁶ Moskowitz, "Childhood Ear Infections," JAIH 87:137, 1994.
⁴⁷ Moskowitz, Resonance, op. cit., pp. 209-210.
⁴⁸ Ibid., pp. 215-216.
⁴⁹ Unpublished case.
⁵⁰ Davis, B., et al., Microbiology, 2nd Ed., Harper, 1973, p. 1346.
⁵¹ Ibid.
⁵² Ibid., p. 1418.
⁵³ Neustaedter, R., The Vaccine Guide, Revised Ed., North Atlantic, 2002, pp. 69-74.
⁵⁴ Ibid., pp. 70-71.
⁵⁵ Ibid., pp. 71-72.
⁵⁶ Ibid., pp. 76-77.
⁵⁷ Ibid.
⁵⁸ Ibid., pp. 74-76.
⁵⁹ Cherry, "The New Epidemiology of Measles and Rubella," Hospital Practice, July 1980, p. 49.
⁶⁰ Gustafson, T., et al., "Measles Outbreak in a Fully-Immunized Secondary School Population," NEJM 316:771, March 26, 1987.
⁶¹ Chen, R., et al., American Journal of Epidemiology 129:173, 1989.
⁶² Cherry, "Measles," op. cit., p. 52.
⁶³ National Vaccine Advisory Committee, "The Measles Epidemic," JAMA 266:1547, September 18, 1991.
⁶⁴ Edmondson, M. et al., "Mild Measles and Secondary Vaccine Failure During a Sustained Outbreak in a Highly Vaccinated Population," JAMA 263:2467, May 9, 1990.
⁶⁵ Ibid.
⁶⁶ Ibid.
⁶⁷ Ibid.
⁶⁸ Moskowitz, "Immunizations," op. cit.
⁶⁹ Moskowitz,"Vaccination: a Sacrament of Modern Medicine," The Homeopath (UK) 12;137,1992.
⁷⁰ Adams, W., "Decline of Childhood Haemophilus Influenzae B Disease in the HiB Vaccine Era," JAMA 269:221, January 13, 1993.
⁷¹ Family Practice News, October 1, 1997, p. 9.
⁷² "Adverse Events Associated with HiB Vaccine," WHO Printout, www.who.int/vaccines_diseases/safety/infobank/hib
⁷³ Ibid.
⁷⁴ Daum, R., et al., "Decline in Serum Antibody to H. Influenzae B Capsule in the immediate Post-Immunization Period," Journal of Pediatrics 114:742, 1989.
⁷⁵ Boston Globe, June 11, 1991, p. 9.
⁷⁶ FP News, August 1, 1992, p. 23.
⁷⁷ Pevsner, J., Letter, American Family Physician, January 1994, p. 47.
⁷⁸ Tucker, A., et al., "Cost-Effectiveness Analysis of a Rotavirus Immunization Program for the United States," JAMA 279:1371, May 6, 1998.
⁷⁹ Ibid.
⁸⁰ Keusch, G., and Cash, R., "A Vaccine Against Rotavirus: When Is Too Much Too Much?" Editorial, NEJM 337:1228, October 23, 1997.
⁸¹ Murphy, T., et al., "Intussusception Among Infants Given an Oral Rotavirus Vaccine," NEJM 344:564, February 22, 2001.
⁸² Ibid.
⁸³ AMA Encyclopedia of Medicine, 1989, quoted in "Chickenpox: the Disease and the Vaccine," Massachusetts Citizens for Vaccination Choice handout, E. Arlington, MA.
⁸⁴ American Academy of Pediatrics brochure, 1996, quoted in MCVC, op. cit.
⁸⁵ "The Vaccine for Chickenpox," American Family Physician 53:652, February 1, 1996, Patient Information handout.
⁸⁶ Spingarn, R., and Benjamin, J., Letter, NEJM 338:683, March 5, 1998.
⁸⁷ Shapiro, E., and LaRussa, P., "Vaccination for Varicella: Just Do It!" Editorial, JAMA 228:1529, November 12, 1997.
⁸⁸ Simberkoff, M., et al., "Efficacy of Pneumococcal Vaccine in High-Risk Patients," NEJM 315:1318, November 20, 1986.
⁸⁹ Eskola, J., "Efficacy of a Pneumococcal Conjugate Vaccine Against Acute Otitis Media," NEJM 344:403, February 8, 2001.
⁹⁰ FP News, April 15, 2000, p. 1. .
⁹¹ Cantekin, E., Letter, NEJM 344:1719, May 31, 2001.
⁹² Damoiseaux, R., Letter, Ibid.
⁹³ Medical World News, April 14, 1986.
⁹⁴ Hurwitz, E., et al., "Guillain-Barré Syndrome and the 1978-1979 Influenza Vaccine," NEJM 304:1557, June 25, 1981.
⁹⁵ FP News, June 1, 1999, p. 1.
⁹⁶ Ibid.
⁹⁷ Ibid.
⁹⁸ FP News, August 15, 2002, p. 30.
⁹⁹ Nichol, K., et al., "The Effectiveness of Vaccination Against Influenza in Healthy Working Adults," NEJM 333:889, October 5, 1995.
¹⁰⁰ Family Practice News, August 15, 2002, p. 30.
¹⁰¹ Boston Globe, August 25, 1992, p. 57.
¹⁰² Heemstra, T., Anthrax: a Deadly Shot in the Dark, Crystal Communications, 2002, p. 46.
¹⁰³ Boston Globe, August 3, 1999, p. 1.
¹⁰⁴ New York Times, March 11, 1999, via Internet.
¹⁰⁵ Heemstra, op. cit., pp. 31-35.
¹⁰⁶ Ibid., p. 64.
¹⁰⁷ Bates, S., "Anthrax Vaccination in the Military: One Pilot’s Story," NVIC Conference Presentation, November 2002.
¹⁰⁸ Matsumoto, G., "The Pentagon’s Toxic Secret," Vanity Fair, May 1999, pp. 82-98.
¹⁰⁹ Heemstra, op. cit., p. 107.
¹¹⁰ Ibid.
^110a Это утверждение не соответствует действительности. Прививки коровьей оспы показали себя в равной степени неэффективными и опасными, о чем читатель может узнать из подборки публикаций на тему натуральной оспы. Ликвидирована натуральная оспа была за счет санитарно-эпидемических мероприятий. — прим. автора сайта.
¹¹¹ FP News, July 15, 2002, p. 10.
¹¹² FP News, loc. cit., May 1, 2004, p. 41.
¹¹³ Quoted in Moskowitz, ed., "Smallpox," AIH Bioterrorism Report, JAIH 96:121, Summer 2003.
¹¹⁴ Ibid.
¹¹⁵ Eickhoff, T., "Adult Immunizations: How Are We Doing?" Hospital Practice, November 15, 1996, p. 107.
¹¹⁶ Averhoff, F., et al., "Immunization of Adolescents," American Family Physician 55:159, January 1, 1997.
¹¹⁷ Sur, D., et al., "Vaccinations in Pregnancy," American Family Physician 68:299, July 15, 2003.
¹¹⁸ FP News, April 1, 1997, p. 2.
¹¹⁹ FP News, loc. cit., September 1, 2001, p. 2.
¹²⁰ Schlenker, T., et al., "Measles Herd Immunity," JAMA 267:823, 1992.
¹²¹ ACIP Childhood and Adolescent Immunization Schedule, FP News, January 1, 2004, p. 9.
¹²² Ibid.
¹²³ Koff, R., "The Case for Routine Childhood Vaccination Against Hepatitis A," Editorial, NEJM 340:644, February 25, 1999.
¹²⁴ Offit, P., et al., in Pediatrics 109, January 2002, abstract by Sherry Tenpenny, D. O., "Expert Believes Infants Can Tolerate 10,000 Vaccines," March 27, 2002, www.mercola.com.
¹²⁵ Moskowitz, "Vaccination: a Sacrament," op. cit.
¹²⁶ Moskowitz, "Unvaccinated Children," Mothering, Winter 1987, p. 34.
¹²⁷ MMWR, reported in JAMA 283:2381, May 10, 2000.
¹²⁸ www.publichealthlaw.net, quoted in "News Release," No. 71_DITA, November 26, 2001,
¹²⁹ Private communications with the author.
¹³⁰ "The Vaccine Reaction," op. cit., January 1996, pp. 3-5.
¹³¹ Orlando Sentinel, August 28, 2004, p..1.
¹³² Boston Globe, February 23, 1993, p. 1.
¹³³ Peter, G., "Childhood Immunizations," NEJM 327:1794, December 19, 1992.
¹³⁴ Bluestone, C., "Otitis Media in Children: to Treat or Not to Treat?" NEJM 306:1399, June 10, 1982.
¹³⁵ Dubos, R., Mirage of Health, Harper, 1959, p. 157.

Д-р Ричард Московиц (США)
Незаметное на первый взгляд: роль вакцинации в хронических болезнях
Hpathy Ezine, ноябрь 2008 г. Перевод Варвары Семеновой (Москва)

Д-р Ричард Московиц (США)

Незаметное на первый взгляд: роль вакцинации в хронических болезнях

Введение

1. Специфические эффекты отдельных вакцин

DPT-энцефалопатия

DPT и СВДС

MMR и аутизм

Вакцина от гепатита В и аутоиммунные болезни

2. Неспецифическое влияние процесса вакцинации в целом

Обнаруженная связь: детские ушные инфекции

Распространенные детские заболевания: становится хуже, чем было ранее

Неспецифические реакции: вызывает любая вакцина

3. Как работают вакцины: предварительная гипотеза

Естественный иммунитет: полный, высокого качества и на всю жизнь

Искусственный или поствакцинальный иммунитет: относительный, частичный и временный

Вакцинные адъюванты

Клинические и эпидемиологические исследования эффективности вакцин

4. Некоторые моновакцины

Гемофильная инфекция типа В (HiB)

Гепатит В

Ротавирус

Ветряная оспа

Пневмококк

Грипп

Сибирская язва и биотерроризм

5. Смысл политики в области здравоохранения

Чем больше, тем лучше

Таинство причастия современной медицины

Кто решает?

Более полная модель биомедицинских исследований

Законы о вакцинации и возможности отказа

Анализ "затраты–выгода" и совокупные расходы

ПРИМЕЧАНИЯ

Незаметное на первый взгляд:
роль вакцинации в хронических болезнях